До нескорого, она же

И все, все проходили мимо, плыли вниз по течению, как бумажные корабли — знаешь? А я оставалась одна.

— Ты уходишь? — повторил вопрос отец, как будто не услышал ни единого слова Алины.

— Я остаюсь. Не хочу кончить в одиночестве, — она хмыкнула.

— Ты сама выбрала свой путь, — произнес отец, и это прозвучало, точно приговор. — Мы хотели быть милосерднее… — он бросил взгляд на тело упавшего Кирилла. — Но от милосердия ты отказалась.

Тетя вновь принялась смеяться, и с каждой секундой смех ее бледнел, как бледнело совсем недавно лицо Алининого ученика.

— Зачем ты это делаешь?

Слова наконец слетели с моих губ.

И я стала участником этой ужасной сцены, перестав притворяться наблюдателем.

— Я к этому абсолютно непричастен, — мне показалось, что отец даже пожал плечами. — Она погубила себя сама.

Я хотела заявить, что это у нас семейное, но не смогла.

— Прости, — прошептала Янтарная, последний раз взглянув на меня. — Прости, прости…

Смех Алины заменился слезами, она отпустила мою руку — мне показалось, что вместе с теплом ее ладони ушла моя душа — и стала отходить, медленно шагать назад.

А потом упала.

Как Кирилл.

Повторив подвиг своего ученика.

— Когда души не остается, тело умирает, — вынес вердикт отец. — Только что она истратила свою полностью.

— Она умерла? — спросила я, только сейчас начиная осознавать безнадежность происходящего.

— Она умерла.

Она умерла.

Умер Кирилл.

И я. Я тоже умру.

Может, даже сейчас.

Я упала на колени, в последнюю очередь переживая о чистоте одежды и о возможной простуде.

Алина умерла.

Кирилл умер.

Как так — умереть? Жить себе, припеваючи, чтобы потом, в один день, кто-то выключил твою душу, и ты стал погасшей звездой? Кто бы там что ни говорил про перерождение, его не существует. Нам всегда дается один шанс, лишь один, а ошибка… Я знаю, чего она может стоить.

Янтарная мертва.

Кирилл мертв.

Янтарная мертва.

Кирилл мертв.

Если бы можно было что-то исправить…

Если бы можно было бы что-то предотвратить. Отключить мою душу до того, как Алина обо мне вспомнит и решит выйти из тени. Тогда бы она до сих пор жила. И жил бы Кирилл, не зная о моем существовании, предатель, преданный.

Любовь моя, моя ненависть.

Почему я?

Почему я опять во всем виновата?

Почему зло я, а не кто-либо еще? Вокруг так много чудесных кандидатов, но именно я всех погубила и именно я никого не спасла.