До нескорого, она же

Туда, где не будет предательницы Вики, и не вовремя (или все же вовремя?) вмешавшегося Яра не будет, и вообще никого. Куда-нибудь в лес, к ручью, слушать его песню. И молчать свою.

— Ещё скажи, что мы спали вместе, — Вика закатила глаза.

Сковородка успокоилась, и Яр вступил в разговор:

— А если бы с ней что-нибудь случилось?

— Как с ее тетушкой? — Вика рассмеялась. Смех вышел неестественным. — Да ну, брось. Кому Яна нужна? В ней нет даже десятой части тетиного таланта. Ну, поотсутствовала бы сутки-двое-неделю. Вернулась бы потом целая и невредимая, может, даже отдохнувшая.

— Хватило на что? — спросил Яр.

А мне тоже было интересно.

— На Влада, — она подняла голову. — На Влада бы хватило! Хватило бы, чтобы обратить на себя его внимание, которым целиком завладела она. Потому что я достойнее.

— Кто тебя попросил? — не выдержала я.

Про Влада не слушала. Пропустила не через себя, мимо. Не до Влада, не до Влада, не до Влада… А когда будет до него? Видимо, тогда, когда станет уже слишком поздно.

— Не знаю, — отозвалась Вика. — Честно не знаю, — она посмотрела на меня. — Этот человек был скрыт плащом, голова в капюшоне, говорил едва слышно. Голос мужской… Ростом где-то с твоего Яра. А таких в округе миллион. Так что тут я уже ничем не могу помочь.

— Ты уверена? — уточнила я.

— Не веришь? — съязвила Вика.

— Не могу больше тебе верить, — призналась честно. — Как тут верить, когда только спустя сутки узнаешь, по чьей вине мы тут оказались!

И спишь еще вместе.

Но вслух я признавать ее правоту, конечно, не стала.

— Как будто ты сама всегда и всем рассказываешь обо всех своих мелких ошибках, — заметила Вика.

— Тебе я теперь вообще рассказывать ничего не буду.

— Спасибо! — воскликнула она. — Спасибо демонам, я дождусь того момента, когда Заболоцкая наконец замолчит! Ну а ты, врач? Ты что скажешь? Ты тоже оскорблен до самой глубины белейшей души?

— Оскорблен, конечно, — признался Яр. — И не из-за себя.

И сковородка за его спиной была оскорблена.

— Ура, ура, — Вика похлопала в ладоши. — Ещё один захлопнется. Я о таком даже мечтать не могла. Можно наконец-то насладиться тишиной и спокойствием. И завтраком. Обида обидой, — заметила она, не давая Яру вставить слово, — но завтрак ты готовил на всех. Обещания надо выполнять.

И правда.

Говорить только правду Вика нам никогда не обещала.

Я прошла к стулу, который от Вики отделялся столом, и молча на него села.