Ревиаль. Месть и предназначение.

- Ты надо мной издеваешься? Мне кажется, что ты принимал участие в этом шоу, которое происходило в клубе, когда меня швыряли в разные стороны. Или я тебя с кем-то перепутала? Вот им-то как раз и буду.

- Им?

Он смеется, а я от этого вздрагиваю, будто меня обдали ледяной водой, и съеживаюсь, недоумевая глядя на Макса.

- Я свернул им шею еще в ту ночь. И тем троим и тому, кто их попросил сделать это с тобой. И выкинул их в овраг. Неужели ты думала, что они уйдут просто так?

- Что?

Мне кажется, что мое сердце на мгновение останавливается, я не могу дышать.

Судорожно ловлю воздух не веря тому, что слышу.

- Если бы я узнал о них раньше, прикончил бы их давным-давно. Никто не тронет тебя пока я не скажу.

Он вскидывает подбородок, будто гордится тем, что сделал, а я в ужасе пытаюсь нащупать под собой пол и облокотиться на стену, чтоб не упасть в обморок.

- Значит, получается, что это было все сделано зря?

Я сажусь обратно на стул, придвигаю к себе мольберт и достаю первую попавшуюся краску начиная возить ею по белому холсту.

Не понимаю, что делаю и не понимаю, что произошло. Макс смотрит удивленно и слегка испугано. Мне хочется кричать, но в горле ком.

- Я сожгла сегодня свой бар, а это было зря? Я сегодня сожгла свою жизнь, а это было зря? - мой голос звучит слабо и подавлено, я швыряю кисть с красками на пол и не могу сдержать слезы. - Я не понимаю…

Мои губы дрожат, я сную по комнате раненым зверем и кажется, что плачу уже в голос. Я сожгла свою жизнь сегодня ночью. Всю свою память о том коротком, счастливом отрезке моей жизни.

Я сожгла свой бар, чтобы получить деньги и отдать долги, но отдавать их больше некому.

Спускаюсь по стене вниз и обнимаю свои колени. Макс протягивает мне стакан с водой, а я не знаю, что должна сделать - выплеснуть ему его в лицо или сказать спасибо за то, что он мне помогает таким жутким способом.

Майкл мертв. Мой бар сгорел. Моя жизнь утопает в крови.

Макс садится со мной на пол вытягивая вперед ноги. Смотрю на него сквозь слезы и из горла вырывается только протяжное болезненное рычание.

- Когда моя жизнь настолько изменилась?

Он какое-то время молчит и смотрит на меня своими голубыми глазами. В комнате мрачно, как в пещере. Пытаюсь успокоиться и по привычке снова тру шрамы, но потом одергиваю себя, глядя на то, что Макс на это смотрит.

- Я совершенно не помню, что такое, когда ты чем-то дорожишь. Когда я их убил, я считал, что на этом все. Я так решаю проблемы уже много столетий.