Ревиаль. Месть и предназначение.

Да, я сделала не так, как должна была и из-за этого пострадал невинный человек, смерть которого на всю жизнь останется на моей совести. Почему это не сошло за «перегиб»? Почему я не могу тебе сделать так же больно как ты мне? - мой голос немного дрожит, но звучит достаточно уверено и Макс слегка щурится. - Почему ты сейчас в моей кухне говоришь о том, что ты перегнул, а я должна быть наказана смертью близкого мне человека?

- Ты права, - фыркает он, откидываясь назад. Признавать чью-то правоту точно не его конек и дается ему это с большим трудом.

Я вижу, как от злости он стискивает зубы, но взгляда с меня не сводит.

- Это уже не имеет никакого значения.

Встаю со стула и ухожу в гостиную, задержавшись лишь спросить о том, что волнует меня с того самого дня, как я вернулась с больницы.

- Где дневник?

- Его больше нет. - Мне остается только зажмуриться и сжать под пледом кулаки. Это несправедливо.

- Ты что-то с ним сделал?

- Я его сжег.

- Я должна была узнать…

Говорю тихо, не зная, слышит ли он и ухожу в гостиную, заворачиваясь с ногами под плед.

Тут темно, как в подвале. Дождь за окном не так сильно барабанит по стеклам, но я слышу, как остатки воды стекают с крыши дома, растекаясь по вымощенной дорожке, убегая на газон.

Макс приходит ко мне, забрасывает дрова в камин, поджигает и садится в кресло вытягивая ноги.

- Зачем ты это сделал? - спрашиваю я о дневнике.

- Там нечего знать. Так будет лучше.

- Не тебе решать, что для меня лучше, - из-под одеяла отвечаю я.

- Есть в этом мире вещи, не зная которые, жить становиться легче.

И мне это говорит человек, способный убить любого, кто становится на его пути. Я молчу и больше у меня нет сил что-то сказать. Макс не говорит тоже, и мы вместе смотрим на разгорающиеся дрова в кромешной темноте еще около получаса, потом он бросает на меня короткий взгляд и уходит.

Я даже не успела дочитать этот дневник до конца и уже никогда не узнаю, что же там было написано корявым почерком моей мачехи, которая так сильно меня ненавидела.

Даже не знаю, как было бы лучше.

Мне включили свет на следующее утро, но, когда я позвонила по номеру они так и не дали мне внятный ответ почему. Я ничего не платила и могу догадаться кто это сделал, но не знаю до сих пор по какой причине был совершен этот поступок. Если так он хочет извиниться за убийство, то это даже смешно. Но теперь у меня есть свет, и я могу рисовать по ночам.