Честное волшебное! или Ведьма, кошка и прочие неприятности

Впрочем, их-то как раз можно будет купить у лавочника, как только появятся деньги.

А-а-а, к чирташу* мышей! Этой милой комнатке под самой крышей не хватает в первую очередь платяного шкафа (желательно с содержимым нужного размера и подходящего для незамужней ведьмы фасона), а также нормальной кровати, ибо коротенький жесткий диванчик — далеко не лучший вариант для сна, разве что спать на нем сидя или сложившись буквой Z. Хотя второе из-за ноющей спины сейчас очень даже актуально. Видимо, раньше, при прежних хозяевах ПБ, в чердачной комнате с огромным окном был чей-то кабинет.

Нынешний же владелец конторы, судя по следам, отпечатавшимся на толстом слое пыли, пользовался этим помещением исключительно из-за почтовиков, прикормленных к подоконнику. Оставалось надеяться, что письма дьер Дорэ пишет нечасто.

Дверь распахнулась, пропуская внутрь гробовщика, не затруднившего себя вежливым стуком.

— Прохлаждаемся? — с заметной угрозой в голосе произнес он.

Ведьмочка поспешно сунула под валик предательски пустой мешочек и вскочила с дивана, так и не сумев как следует выпрямиться.

Ойкнула от боли, закусила губу и замерла, уставившись на работодателя.

— Я почти закончила... — начала оправдываться она.

Мужчина же, оценив ее скрюченную фигуру, хмыкнул и, стремительно приблизившись, развернул Джемму лицом к дивану. Та открыла рот, чтобы возмутиться столь бесцеремонным обращением, но вместо этого громко вскрикнула совсем по другой причине. Одной рукой гробовщик сильно надавил ей на поясницу, другой потянул ведьму за плечо.

Раздался тихий хруст — и тело приняло нормальное вертикальное положение.

— Так лучше? — моментально отпустив ее, поинтересовался дьер Дорэ.

— Д-да, спасибо, — запинаясь, поблагодарила она и на всякий случай отступила к стене.

— Не за что! — ответил мужчина, складывая руки на груди. Он смерил собеседницу придирчивым взглядом, после чего заявил: — В твой лиловый гробик только прямолежащий труп войдет.

— Э... — выдавила его новоявленная помощница.

— Меня зовут дьер Эдгард! Могла бы уже и запомнить, ведьма, — продолжая гипнотизировать ее черными, как сама тьма, глазами, проговорил он.

— Я помню, — пробормотала девушка.

— Я рад. — Улыбка, игравшая на губах гробовщика, смотрелась зловеще. — Так что насчет гробика, дьера избранница Саймы?

Девчонка сглотнула, мужчина продолжил:

— Я не спрашивал тебя о подробностях, когда ты сказала, что сбежала от семьи, где тебе что-то там угрожало. Меня это просто не интересовало, дьера.