Чудеса

Пусть Лель сам несет свой груз и мысленно роется в своих поступках, а я пойду дальше и буду спокойно жить без этой тяжести на душе!

В это время Лель ехидно интересовался у Лорма, почему тот не расспрашивает его о заказчике. Эльф таинственно улыбался и молчал, что Леля очень раздражало.

Ничего, привыкнет. Я хоть и не древняя, но говорить с ним тоже не стану.

Лорм

Фиалочка спокойно опустила глаза, изучая траву под ногами. По ее виду нельзя было понять, удовлетворена она или разочарована. Подозреваю, что никто никогда не мог понять, что она в действительности чувствует.

Видимо в столь личной ситуации у нее превалирует чувство собственного достоинства. Хотя я бы понял, если бы она его хорошо поколотила. Не будь здесь девушки, я бы так и сделал, но Фиалочка против.

Мне придется держать ее подальше от этого отребья. Я грустно покачал головой, наблюдая, как грустно опустив плечи, девушка уходит, и тихо спросил Леля:

— Так сам отдашь лодку или помочь?

— Отдам… но ты пообещаешь, что не оставишь меня здесь!

— Я никому ничего не обещаю.

А в твоем случае, еще и советую много не болтать. Влияние на меня со стороны милосердной Фиалочки довольно ограничено, не искушай лишний раз.

Лель кивнул и повел меня к берегу, где оставил лодку.

Дальше все сложилось одно к другому. Я магической стрелой сломал несколько финиковых пальм и попросил Фи собрать и засушить плоды в дорогу, пока мы в это время с Лелем починим пробитую корму.

Когда он признался, что из-за Фиалочки и предпринял это сложное путешествие через море, видимо рассчитывая как-то на нее повлиять, я ему поверил.

Но в моем решении взять его с собой никакой жалости не было. Переплывать Южное море в одиночестве опасно, если со мной что-то случится, по крайней мере, он ее не бросит. Я этому поспособствую… А произойти может всякое, Райдер особым терпением не отличается.

Быстро и без особых проблем мы подготовились к переправке. Воду запасли в выдолбленных стволах, под весла приспособили жерди из них же.

Когда Фиалочка легла спать, я отвел Леля к берегу и приказал:

— Дай клятву, что никогда не бросишь Фиалочку в опасности, и не принесешь ей вреда.

Имей в виду, в случае нарушения своего обещания, ты мгновенно умрешь.

— Никогда не брошу. Не обижу… Если хочешь, даже извинюсь, — игриво заявил Лель.

Я кивнул. Меня не интересовало, откуда вдруг такая покладистость у разбойника. Скорее всего, он просто опасается, что я нарушу свое слово и брошу его здесь на съедение мошкаре, как это сделал бы он.