Ворг. Успеть до полуночи

Гоблин вытащил из-под перекладины звякающий мешочек и кинул мне. Я быстро поймал. От рывка в голове случился болезненный спазм.

Пальцы распознали рубчики золотых монет, улыбка невольно поползла по лицу. Вроде по весу все на месте, что удивительно.

Губы зеленомордого расползлись в улыбке, он вытащил из мешка голову, которая, словно дожидалась - сохраняла последнюю кровь, чтоб резко закапать. По голове, точнее по лицу, распознал таверного. Сквозь пелену воспоминаний прорисовалось его лицо с алчной ухмылкой. Кажется, шарил по карманам.

- Меня зовут Курт Зут’Вакар, - почему-то радостно произнес гоблин. - Ты мне должен!

Я секунду пялился на окровавленную голову с подкатанными глазами, затем перевел взгляд на довольную рожу гоблина.

- Ты ж совсем убил его, - проговорил я, раскрыв рот.

Пальцы чуть удлинились, когти вытянулись. Я спрятал руки подмышки, вроде грею. А сам проверил языком клыки – не вылезли ли. Биться с гоблином после яда нежити тяжко. А южные гоблины одни из немногих, кто в бою равен воргу.

Но он отмахнулся, положив окровавленную голову под козлы.

- Не благодари, лучше помоги монетой. Кляча моя совсем издыхает. Коня мне купишь, золотых хватит, я пересчитал.

- Странно, сам не купил, - буркнул я.

- Я не граблю немощных и больных, - проговорил он веско. - Чего? Они ж беззащитные, как дети.

Гоблинов с моральными принципами прежде не встречал. Думал, у них, как у нас - первым делом от хворых и хилых избавляются. Или последним. Но в живых не оставляют точно.

В желудке неприятно заворочалось, я громко икнул и быстро постучал по груди.

- Дрянное мясо, - пробормотал я. - Ловко замаскировали.

Гоблин сочувствующе покачал головой.

- Говорил я, нельзя людям есть в этой таверне. Так нет, храбрятся, доказать что-то пытаются. Сто раз видел, берут здоровенные порции. Прям как ты, а потом на заднем дворе вместе с поросятами.

Я сплюнул за край телеги и вытерся рукавом.

- Я не человек.

Гоблин опасливо развернулся на козлах и прищурился.

- То-то мне твоя рожа показалась странной, - пробубнил он, схватился за кинжал и напрягся.

Я откинулся на спинку телеги и проговорил:

- Ворг.

- Ворг… - оторопело протянул гоблин. - Многодушец!

Брови гоблина сомкнулись и изобразили бы лук, не будь такими редкими. Скорее сошлись бровные мышцы, а уж волосинки изобразили тени.

Я снова с холодком увидел, как его пальцы ухватились за рукоять крашара, кривого зубастого ятагана. В прошлый раз когда это видел...