Алэнар. Ледяной трон

Стоило мне свернуть в очередной коридор, ведущий к общежитию, я неожиданно стала заваливаться назад. От рывка воротничок больно впился в шею и на мгновение перекрыл доступ воздуха. Я протяжно захрипела и не успела среагировать на толчок, отправивший меня в полет до стены. Нос я не расшибла только благодаря рефлексам, выработанным за годы тренировок. Резко развернувшись, я отклонилась от удара, который наверняка проредил бы зубы. Пусть я была мелкая и довольно субтильная, но благодаря брату и преподавателям научилась в спарринге обращать свои слабые стороны в преимущество.

Глядя на разъяренного Ларена, сверкающего янтарными глазами, я решила осуществить его мечту и наконец-то поучаствовать в мордобое. Свои шансы я рассчитывала здраво и прекрасно понимала, что травмы мне обеспечены. Но зато не в сухую!

Приняв боевое положение, я приготовилась обороняться и выжидать возможности нанести ответный удар. Первые два выпада благополучно отразила и даже сумела хорошенько стукнуть противника по коленке, но вот третий своей цели достиг.

От силы удара в глазах на мгновение потемнело, а в голове неприятно зазвенело. Взор застелила пелена из слез, мешая разглядеть противника. Впрочем, он не спешил бить, отчего-то медля. Звон в ушах прекратился, и я неожиданно услышала глухие звуки и стоны. Стоило справиться с собой и проморгаться, как ко мне уже подходил бледный Альдарин. У него за спиной на полу валялся бессознательный Тан. Насколько мне было видно, нос и губа у него кровили, бровь была рассечена — вскоре его лицо превратится в один большой кровоподтек. Я не успела поинтересоваться, удалось ли Ларену выжить, как Дар осторожно подхватил меня на руки.

— Ты чего? — Я попыталась вырваться. — С ума сошел, а если кто-то увидит?!

— Кай, пожалуйста, помолчи немного, — тихо попросил друг.

Я послушно заткнулась, потому что хорошо знала этот спокойный тон, который таил в себе целую бурю эмоций. Самой сильной из них была злость, которую один из лучших лайров своего потока старательно пытался заглушить.

Свои чувства Альдарин демонстрировал довольно редко, потому что их проявление могло повлиять на магию, освобождая ее из-под контроля разума. На моей памяти это был второй случай, когда друг находился на грани, так что о последствиях я знала и разумно опасалась.

Впрочем, когда за нами закрылась дверь его комнаты, спокойней мне не стало. Наоборот, оказавшись на кровати Дара и наблюдая за его резкими, даже какими-то рваными движениями, я занервничала еще больше.