Картэн

А если нет? Откуда нам знать, как развивается Земля? Может, мы — только один из этапов её развития? А Земля — часть жизненной школы нашей галактики, а та — вселенной… Мы, взрослые, смотрим на это как будто со стороны, а Ильмари — нет. Как и любой ребёнок, для которого мир — не строки книг, а пока ещё живой и настоящий.

— Ладно, Нура, — заёрзал на стуле Бёрталан, — эта напыщенная философия взорвёт мне мозг.

— Твой мозг точно взорвёт! — рассмеялись женщины.

***

В скором времени уговорил Бёрталан невестку отправить мальчика в специализированную школу.

Там обучали разным предметам. Но главное — общаясь со сверстниками, Ильмари превращался в обычного ребёнка. Все философские мысли развеялись, а с ними разговоры о Картэне. Через некоторое время после того, как дядя отдал племянника в школу, тот окреп. Осанка стала ровной, а походка — твёрдой. Все дети в школе увлекались спортом. Да и помощь дяде в сарае часто была изнурительной: Бёрталан и Ильмари что-то забивали, пилили, передвигали. .. И мальчик никогда не падал духом, постоянно придумывал для себя что-нибудь новенькое. Из школы его забирала Нура. И перед выходными учительница Лили сказала ей, что хочет устроить детям поход на озеро. Возможно, это ещё один метод обучения.

Обычно после занятий мальчик с äiti беседовали, сидя на крыльце дома. Айно с трудом передвигалась, а глаза уже ничего не видели, и большую часть времени она проводила в кресле-качалке. Ильмари старался развлечь её разговорами. Иногда помогал подняться и провожал до спальни.

Мальчик, хоть и был незрячим, помнил дом наизусть. И Анникки никогда не делала перестановку, чтобы сын без труда передвигался.

— Наша Лили, — так Ильмари называл учительницу, — говорила, что есть озеро, а точней, залив. И там тепло.

Айно, опустив на переносицу большие круглые очки, повернулась в сторону внука. Несмотря на то, что полностью ослепла, женщина не желала снимать любимую оправу. Говорила, в ней уютно. Видимо, просто привыкла к очкам, как привыкла к обручальному кольцу на пальце.

И оправа стала частью её самой.

— Ильмари, расскажи äiti, чему учат в школе?

— Нас обучают правильно слушать, — ответил Ильмари, поцеловав руку своей äiti.

— Научи и меня, мальчик мой, — приглашая внука присесть к ней на колени, попросила женщина.

— Äiti, там есть музыка. Я её вижу, правда вижу, — повторил мальчик, устраиваясь поудобней.

— Ты видишь музыку? — переспросила удивлённая Айно, баюкая внука.