Картэн

Он плывёт за огненными узорами.

— Что? — рассердился Ильмари. — Картэн, так это вовсе не цветы вокруг огня, а лишь узоры пламени?

— Ильмари, георгины — это и есть цветы огня.

Разгневанный мальчик попытался оттолкнуть наставника, но сам упал в костёр. Искры разлетелись в стороны, когда Ильмари попытался выбраться из центра пламени, но ничего не выходило. Огонь не расступался, а георгины всё быстрей и быстрей кружили вокруг. Мальчик потерял из виду сарматский лес, берег залива, и Картэна тоже нигде не было. Только пламя окружало его, а гёли-георгины крутились вокруг так быстро, что создавали своим танцем переливающиеся узоры.

— Картэн, я понял, выпусти меня, пожалуйста, — кричал Ильмари, но наставник не хотел отпускать. — Картэн, я не господин и тем более не бог, чтобы жить в пламени среди узоров прекрасных цветов.

— Но ты ведь хотел стать богом! — голос наставника всё отдалялся, а потом и вовсе исчез.

— Нет, теперь не хочу! Я хочу увидеть жизнь. Сарматский лес, залив, небо, звёзды, — истерически кричал Ильмари.

— Выпусти меня!

Вместо наставника гёли вокруг пламени срывал старик, подплывший к костру. Среди георгинов он разглядел Ильмари и протянул трясущуюся, покрытую шрамами руку.

— Пойдём, мальчик мой, хватайся за руку.

Мальчик, не раздумывая, выпрыгнул из пламени в объятия старика и стал рассматривать его белую большую бороду. А старик качал его на руках, словно младенца, и напевал какие-то слова. Ильмари не понял слов Санта-Клауса, но где-то в глубине души сарматская речь была ему знакома.

— Ты кто — житель сарматского леса? — спросил испуганный ребёнок.

— Я, мальчик мой, житель твоего мира и собиратель гёлей из пламени костра.

— Значит, ты спасаешь тех, кто стал пленником пламени?

— Нет! Я просто собирал цветы. А вот ты стал пленником гнева. Не отталкивай того, кто подарил тебе этот мир. Сотворил тебе мир в подсознании.

— Как зовут тебя, старик? — мальчик наслаждался беседой, предвкушая раскрытие какой-то тайны.

— Я собиратель георгинов.

— Я буду называть тебя Санта-Клаус! Можно?

— Можно, — улыбнулся в ответ старик…

Мальчик проснулся весь в поту.

Анникки, подскочив к нему, вытирала лицо полотенцем. Затем долго расспрашивала сына, что такого ужасного могло ему привидеться. Или он услышал что-то страшное? Смутно верилось матери, что слепому сыну могло что-то присниться.

— Анникки, где Бёрталан? — спросил Ильмари, поднявшись с кровати.

— Он на работе. Дорогой, он заберёт тебя из школы, как обычно.