Мое темное счастье

— Ари, что ты задумала? Я не хочу еще и тебя потерять!

— Прости, Аран. По-другому я не смогу, — мягко ответила я.

Эльф помолчал.

— Сделаешь?

— Да.

Я попрощалась и убрала зеркало в сумку. Ведьма снова запела заклинания, периодически добавляя что-то в котел и помешивая зелье. Я следила за ее действиями, а время тянулось, и казалось, замирало на месте.

Ночь выдалась непростой. Некоторые заклинания отзывались болью, но худшее было впереди.

К утру зелье было готово. Ведьма протянула мне кружку с прозрачной, словно слеза, жидкостью.

— Пей, если не передумала, — сказала она, смотря на меня тусклыми синими глазами.

Ради Лира! Я резко выдохнула воздух и залпом выпила содержимое. Острая боль на время лишила меня возможности дышать, бросила на пол, обрушилась, прорастая в теле. Тьма, голоса, тени… Горло обожгло огнем. Я хотела закричать, но не смогла.

Не знаю, сколько это длилось. Мне казалось, вечность, но на деле прошло несколько минут. Я открыла глаза, ощущая небывалую силу.

— Ну как? — спросила ведьма, явно не видя во мне изменений.

Зелье на каждого действовало по-разному, поэтому его нельзя хранить. Попыталась ответить, но не смогла произнести ни звука.

— Голос забрали, — сказала ведьма. — Ну что ж, не худший для тебя вариант.

Я еще не осознала случившееся, не пришла в себя.

— Не медли! До казни осталось два часа, а тебе еще добираться.

Молча поклонилась, испытывая к старухе благодарность.

— Ариадна! — Голоса дяди и двоюродного брата слились в один, едва я покинула жилище ведьмы.

Я улыбнулась.

— Получилось! — воскликнул Глин.

Кивнула.

— Чем заплатила? — встревоженно поинтересовался дядя.

Провела рукой по горлу, давая понять, что говорить не могу.

— Голосом? — в ужасе спросил Глин.

Пожала плечами. Это все такие мелочи, когда Лир на пороге смерти!

— Ты — сильная, смелая, светлая. Все получится, — приободрил дядя, крепко обнимая. — Мы проводим тебя до окраины города.

Мы шли быстро, и я мысленно прощалась с местом, ставшим мне домом. Вернусь ли я сюда еще? Одни небеса ведают да молчат, храня тайны будущего.

— И как ты держишься? — спросил принц, видя, как я приветливо улыбаюсь русалам.

Я закатала рукав платья, показывая на цветок дайари. Ради любви и не на такое пойдешь. Когда-нибудь он встретит свою единственную и поймет это сам. Сердцем.

Едва мы оказались возле купола, обняла родных, превратилась в русалку.