Защитник. Когда любовь не выбирают

Я ведь только-только обрёл тебя, и не хочу больше терять.

Ну вот, снова в ход пошли угрозы. Пусть король об этом даже не мыслил, но для меня его слова звучали именно так.

Спрашивается, зачем пришёл? Чтобы угрожать?

И точно услышав мои мысли, его величество снова шагнул вперёд.

- Микаэлла, пожалуйста, - мои ладони бесцеремонно схватили и сжали чужие руки, - попытайся сделать хотя бы один маленький шажок мне навстречу. Я прекрасно понимаю, как тебе тяжело. Ведь ты столько лет жила не зная обо мне, потом потеряла мать…

На этих словах он запнулся, и я вдруг ощутила ту боль, что таилась внутри него.

Боль от потери любимого человека. Не только я потеряла маму, но и король потерял супругу, которую любил… вот только… Любовь не спасла короля от приворота и внебрачного сына, а маму от ссылки и гибели… И как бы Арманд Дарийский не распинался сейчас передо мной, всё это не могло примерить меня с тем, что случилось по его вине и теперь, после всего произошедшего спокойно принять его, как отца. Ведь, не полюби он тогда маму, она была бы жива.

А вот появилась бы я – совсем другой вопрос, ответ на который я знать не хочу.

Король между тем продолжал:

- Но я здесь, рядом с тобой. Позволь мне защитить тебя. Восполнить ту потерю, которую ты пережила и пронесла через столько лет. Я буду хорошим отцом, если ты позволишь… Если дашь мне шанс…

Тронули ли меня его слова? Не знаю. Но ответить нужно было. Тем более, что король явно ждал от меня этот самый ответ.

- Я… попробую.

А что я ещё могла сказать? Но видимо мои слова пришлись по нраву, потому что король улыбнулся и, наконец, отпустил мои руки.

- Это хорошо. Спасибо. А теперь отдыхай… доченька.

С этими словами Арманд Дарийский склонился надо мной и коротко поцеловал в висок.

Такое проявление родительских чувств окончательно выбило меня из колеи. И все заготовленные вопросы просто-напросто вылетели из головы.

Когда за королём закрылась дверь, я продолжала стоять на месте и бесцельно смотреть в одну точку, не понимая, зачем вообще он приходил.

Именно в таком положении меня и застали очередные посетители. Уже знакомый целитель, чьего имени я, к своему стыду, не запомнила долго и нудно осматривал меня, попутно давая наставления вошедшей вслед за ним Аннике. Вся процедура осмотра заняла не так много времени, после которого меня вновь препроводили в спальню, где вручили какой-то кисло-горький отвар, заставив выпить под бдительным целительским оком, и наконец, оставили в покое.