Защитник. Когда любовь не выбирают

Смотрю на паренька и с удивлением замечаю в некогда чисто серых глазах золотые крапинки.

- Теперь ты в ответе за неё, - тихо шепчет мама, прижимая меня полностью к себе и гладя по голове.

- Да, ваше…

- Не надо, - прерывает она его речь, - ещё рано. Ей не нужно знать ничего лишнего.

Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть на новоявленного защитника, которого мама обещала мне на пятый день рождения, а он кивает в ответ, и смотрит на меня не по-детски серьёзными и такими притягательными глазами…

Знакомыми до боли глазами….

- Милая, - обращается ко мне мама, - я надеюсь, что когда-нибудь ты поймёшь мои мотивы и простишь меня, за то, что я сейчас должна сделать…

- Мамочка, - шепчу непонимающе в ответ, но мама лишь грустно улыбается и целует меня в лоб.

Очередная вспышка.

Тёмная комната, наполненная гарью. Кажется, я задыхаюсь. Кто-то держит меня за шею и смеётся прямо в лицо.

- Баю-бай, принцесса. Баю-бай. – Презрительно кривятся губы в сумасшедшей ухмылке моего мучителя.

Я брыкаюсь, впиваясь ногтями в руку, удерживающую и душащую меня, но силы неравны. Да и разум медленно гаснет, наполняясь дымом от горящего помещения.

Где-то рядом раздаётся отчаянный крик приёмной мамы. Слышны звуки борьбы и треск охваченного огнём дерева. Я уже практически теряю сознание, когда хватка на шее ослабевает, и я опускаюсь на пол, так как дрожащие ноги не держат совсем.

- Рэй, уводи её! – слышу в отдалении крик приёмного отца, а меня тут же хватают родные и любимые руки, прижимая к себе.

- Нет! Я не могу вас бросить! – кричит над головой Рэйнальд, а я уже пытаюсь вырваться, чтобы броситься на помощь родителям, но он держит меня довольно крепко.

- Спаси её, Рэй! Ты знаешь, что делать! – это были последние слова, перед тем, как я потеряла сознание.

А потом была истерика и насильно влитое Рэем успокаивающее зелье. Только, как оказалось, зелье то было вовсе не успокаивающим.

Возвращение в реальность было тяжёлым, с привкусом горечи на губах.

- Что? Вы? Со мной? Сделали?

Я пошатнулась, но тут же оказалась в крепких объятиях знакомых рук. Вот только сейчас они не приносили успокоения, а лишь душили.