Трилуна. Ведьма Сардагана

Предлагаю, для моих ведьм подготовить метательные снаряды, которые мы бы смогли обрушить на головы наших врагов.

Веламар, до этого скептически относящийся к присутствию Зумейды, поднял на нее восхищенный взгляд.

– Ваше величество. Надо удвоить количество рабочей силы в каменоломне Сандармана. Каменные снаряды – это прекрасный способ сравнять с землей первые ряды вражеской армии. Сколько ведьм владеет этой магией?

– Скажем так, больше ста. Так же, как и у нас в ковене, скорее всего, есть колдуны высокого порядка, обладающие более сильной магией.

Они, я думаю, будут находиться под защитой армии в самом тылу. И от них – то нам и надо избавиться в первую очередь. Вот здесь у меня к вам предложение. Прошу не удивляться. Я соберу несколько сотен волков и поведу их в бой в самый тыл, что вызовет полную дезориентацию всей армии.

Советники только удивленно заморгали, выслушав этот, как им казалось, бред.

– Конечно, зависит от того, где будет проходить сражение и будет ли у нас возможность незаметно прокрасться, но, думаю, животных колдуны не будут принимать в расчет, не ожидая от них нападения.

В любом случае, несколько сотен голодных воинов с острыми зубами и обладающих большой скоростью очень пригодятся нам в битве.

– Вы хотите собрать волков и бросить их в атаку? – пробормотал Ларион, все более убеждаясь в своей догадке, что все ведьмы сумасшедшие.

– Именно об этом я и говорю. Повторюсь, главное, выбрать место сражения наиболее подходящее для нас.

– В словах Главной ведьмы есть смысл, – наконец произнес Север, не отрываясь глядя на Трилуну. – Совсем недавно ее преемница спасла мою жизнь, разогнав целую стаю, готовую разорвать меня в клочья.

Трилуна ощутила пристальный взгляд карих глаз и оторвалась, наконец-то от созерцания своих рук и самобичевания из-за покалеченных ее силой стражников. Жаркая волна прокатилась по телу, заставив кровь быстрее бежать по венам и вспомнить тот поцелуй в темноте таверны, ее первый поцелуй, который она будет вечно хранить в памяти и его ласковые руки, даровавшие столько наслаждения.

Щеки залил яркий румянец. Судорожно сглотнув, она попробовала успокоить задрожавшие пальцы. Взгляд карих глаз стал насмешливым, и переместился на ее губы, так как Север, безошибочно определил причину ее волнения, и его брови вопросительно поднялись вверх. Щеки запылали еще сильнее.

– Так, мы учтем это, – протянул тем временем Яромир.