Трилуна. Ведьма Сардагана

Колдун слизнул струящиеся слезы с бледных щек, таких нежных и гладких, и заставил себя холодно улыбнулся, хотя все тело горело огнем и ныло от проснувшегося неукротимого вожделения.

– Будешь послушной рабыней, которая держит язык за зубами, не задает глупых вопросов и не пререкается со своим хозяином, тогда будешь спокойно спать по ночам. Еще одна выходка, смертная, и лишишься невинности прямо здесь.

Он быстро поднялся и окинул съежившуюся фигурку презрительным взглядом.

– Я велел переодеться.

Приступай!

Леонесса не веря, что все закончилось, и колдун ограничился только поцелуем, быстро поднялась и трясущимися руками принялась расшнуровывать платье, решив больше не испытывать судьбу и не перечить Нуриэлю. Затем взгляд упал на цепь, и она прошептала:

– Я не смогу переодеться, пока она на ноге.

Колдун недовольно нахмурился и щелкнул пальцами. Цепь мгновенно сползла с ноги и кучкой сложилась вокруг штыря. Леонесса только потрясенно посмотрела на него.

– Вам подвластно все в этом мире?

Нуриэль хищно оскалился и вновь приблизился к девушке:

– Ты не усвоила урок рабыня.

Вопросы здесь задаю только я.

Он схватил вновь задрожавшую от ужаса девушку и притянул к себе, потянув за волосы и заставив ее поднять к нему бледное лицо. В голубых, цвета весеннего неба глазах, нашли отражение холодные синие, и Нуриэль вновь ощутил желание, терзающее его весь этот день, которое вспыхивало лишь при взгляде на эту жалкую смертную.

– Яр Нуриэль! – раздалось с улицы.

– Вас требует к себе старший маг.

Он нехотя отпустил девушку, стрелой метнувшуюся в дальний угол шатра и рассмеялся:

– Я скоро вернусь и вновь займусь твоим воспитанием.

Накинув одежду, он быстро покинул шатер, оставив Леонессу в полном отчаянии. Девушка затравленно огляделась вокруг, решив, что терять ей уже нечего. Надо было бежать, пока ее вновь не посадили на цепь, словно собаку. Больше такой возможности могло не представиться.

Яростно швырнув одежду, она медленно откинула полог и выглянула наружу.

Шатер стоял немного в отдалении от ближайших колдунов, сидевших кучками у костров, и она тихо выскользнула на улицу. Хоть и было уже достаточно темно, но вдалеке, насколько хватало глаз, можно было рассмотреть огромную равнину, на которой расположилось вражеское войско. Кругом были раскиданы белоснежные шатры, возле каждого из которых веяло свое знамя, и группировались подразделения колдунов.