Трилуна. Ведьма Сардагана

Но теперь она не испытывала страха, а только удовлетворение от того, что скоро покинет этот мир и присоединится к своему отцу, по которому так отчаянно скучала…

Нуриэль, увидев мелькнувшую в глазах девушки радость, прекратил пытку и в удивлении уставился на скорчившуюся фигурку.

– Ты больше не боишься умереть? – зло выкрикнул он. – Тогда я устрою тебе такую жизнь, что смерть станет твоей несбыточной мечтой!

Он резко взмахнул рукой, и шею тут же опутала ненавистная серебряная цепь. Звенья резко сократились в размерах, выдернув Леонессу в центр шатра и заставив распластаться на полу.

Теперь она могла разве что подняться на четвереньки.

– Не хочешь быть рабыней, станешь моей собакой! – провозгласил Нуриэль, с удовольствием отмечая застывший в небесно-голубых глазах ужас. – Неблагодарная! Я ведь вчера спас тебя!

– Вы всего лишь не захотели делиться своей вещью, – глухо прошептала Леонесса, глотая слезы.

– Может, ты предпочитаешь, чтобы я захотел? И поэтому испытываешь мое терпение? - холодная улыбка застыла на лице, и девушка посмотрела на возвышающегося над ней мужчину.

– Нет, – выдохнула она.

Нуриэль присел на корточки рядом с ней и приподнял дрожащий подбородок сильными пальцами.

– Это было последнее предупреждение, Леонесса, – яягко проговорил он, словно пробуя ее имя на вкус. Девушка, услышав, что ее назвали иначе, нежели «рабыня» или «смертная» , лишь приоткрыла от удивления рот. – В следующий раз сразу окажешься в моей постели.

– Я… я больше не буду, – еле слышно произнесла она, пытаясь отвернуться от этого гипнотического синего взгляда, словно окутывающего ее сознание, но колдун продолжал крепко держать ее за подбородок, не давая пошевелиться.

Затем он быстро склонился над пленницей и дотронулся до ее разбитых губ легким поцелуем, вызывая приятную сладкую дрожь во всем теле. Затем резко поднялся и нагло ухмыльнулся, глядя на притихшую девушку.

– Посидишь на цепи до вечера. А потом, в зависимости от твоего поведения, я решу, что делать с тобой дальше.

Кстати, вот такая молчаливая и покорная рабыня мне нравится намного больше.

Рассмеявшись, колдун покинул шатер, а Леонесса осторожно дотронулась до губ, которые все еще горели от его прикосновения и разрыдалась. Неужели теперь даже ее тело отказывается подчиняться ей? Боги! Как могло произойти, что ей вдруг понравился поцелуй ее мучителя?

Глава 30-32

Глава 30

На улице уже заметно стемнело, когда Нуриэль вновь зашел в свой шатер.