Трилуна. Ведьма Сардагана

Он слышал сквозь застилающий сознание туман боли, как мимо клеток, в которых они сидели, словно животные, проходил король этого государства и говорил своим советникам, что необходимо будет устроить показательную казнь всех пленных на главной площади их столицы. Только бы набраться сил, поправиться, чтобы с гордостью принять эту судьбу, взойти на эшафот своими ногами, и успеть презрительным взглядом окинуть галдящую толпу зевак. Может там, среди них, будет храбрая рабыня, похитившая его сердце. Что ж, скоро она станет полностью свободной от него, как и мечтала, ведь в момент, когда он испустит дух, браслет его великого рода Хейнам-Ор, освободит ее, соскользнув с запястья.

Неожиданно дверь его клетки жалобно скрипнула и на лоб опустилась горячая рука.

– Колдун. Ты слышишь меня?

О! Снова этот ненавистный голос, принадлежащий ведьме, которая нарушила все их планы одним лишь древним заклинанием. Что ж, следует признать, сильна. Следует признать, что она, как противник, достойна уважения. Но что она здесь делает? Потешается над ним? Радостно потирает руки, видя, в каком он сейчас плачевном состоянии? Или просто хочет добить его?

– Что тебе надо? – прохрипел Нуриэль, не открывая глаз.

– Хочу помочь.

– Зачем.

– Я дала слово Леонессе.

Колдун, превозмогая боль, раскрыл веки и посмотрел на ту, которая должна была бы светиться торжеством победы. Но девушка только с грустью и жалостью взирала на своего поверженного противника.

– Не стоит так удивленно смотреть на меня, – тяжело вздохнула она.

– Я лишь хочу, чтобы ты смог добраться до Невалона, чтобы попрощаться с моей подругой. Она очень просила меня об этом…

Трилуна, смахнув украдкой набежавшие слезы, вспомнила, как прошлой ночью проникла в сновидение Леонессы и они обо всем рассказали друг другу. Названная сестра безутешно рыдала в ее объятиях, когда узнала, в каком состоянии находится колдун, и истерика только усилилась, стоило сообщить ей, что всех пленных казнят, как только они прибудут в столицу.

– Это все о чем я мечтаю, – с трудом выговорил Нуриэль, отвернувшись от ведьмы.

– Если я ее увижу перед смертью, то, даже находясь в загробном мире, буду вечно благодарен тебе.

– Хорошо. Тогда я сейчас обработаю и зашью твои раны. А ты постарайся не шевелиться и не кричать. Я не хочу, чтобы меня видели здесь.

– Опасаешься осуждения смертных, ведьма? – хмыкнул колдун, и тут же крепко сжал зубы, чтобы не проронить ни звука, так как Трилуна приступила к промыванию ран.