Трилуна. Ведьма Сардагана

– Я приду! Я хочу, чтобы последним человеком, кого ты увидишь перед смертью, была я!

– Я умру с твоим именем на устах, Леонесса, – тихо прошептал колдун. – Прощай.

Трилуна потянула сестру за руку и почти бегом бросилась к двери, возле которой недвижимо застыли стражники, так как они слишком много времени провели в тюрьме и теперь ее наверняка начал искать Север.

Леонесса же находилась в полуобморочном состоянии, уже мало понимая, что происходит вокруг нее, и зачем они бегут. Перед глазами стояло изможденное, усталое и обреченное лицо Нуриэля, которое навсегда останется в ее памяти, в ее сердце.

Она даже и не заметила, как они вновь поднялись по ступеням, и вышли в дворцовый коридор, в котором мирно посапывали два воина, подложив руки под щеки и скрутившись в форме эмбриона. Грозный голос, раздавшийся слева от них, заставил девушек подпрыгнуть на месте и замереть в страхе. К ним быстро приближались принц Рамалана с десятком стражников.

– Потрудитесь объяснить, леди, что здесь происходит и почему эти двое спят так, что их невозможно разбудить, а эти двое, – Север указал рукой на застывших молчаливых стражников, которые проводили их в подземелье.

– Словно два идиота, уставились в одну точку!

Трилуна нервно сглотнула, чувствуя волны ярости, исходившие от жениха. Похоже, только усилием воли он сдерживался, чтобы не начать орать на нее.

– Мы ходили к колдунам, – еле слышно пробормотала ведьма, опустив глаза в пол и заливаясь пунцовым румянцем.

– Неужели? – процедил Северин, сжимая кулаки и медленно приближаясь к диверсанткам.

– А мне казалось, что моей возлюбленной невесте сделалось дурно, и она пошла передохнуть в свою комнату.

Он придирчиво, с саркастической усмешкой обвел взглядом перепачканное грязью платье и отметил прилипшую к рукам паутину.

– Прости. Я хотела, чтобы они попрощались.

– Кто? – принц даже остановился, удивленно переводя взор с Трилуны на Леонессу. Только сейчас он заметил, что девушка едва стоит на ногах, пошатываясь и придерживаясь за стену.

Красные, опухшие от слез глаза и нос яркими пятнами выделялись на фоне мертвенно-бледного лица. В бездонных, небесно-голубых очах плескались боль и отчаяние.

– Я прощалась с Яром Нуриэлем, – еле выговорила она непослушным языком.

– Ты ради этого подвергла стражников ментальному воздействию? – сурово спросил Север возлюбленную, немного успокаиваясь. Боги, но он все еще был очень зол за эту безрассудную выходку!

– Прости, – промямлила Трилуна.