Проклятый престол

Так было до тех пор, пока в нее не прилетел первый плевок. Затем кто-то, словно бы осмелев, бросил в нее небольшой камень, но в этот момент ее успел прикрыть Яромир, взявший ее за плечи. Он зло распорядился стражникам схватить тех, кто посмел выказать неуважение к княгине, и прибавил шагу. Люди, понявшие, что за этим последует наказание, начали скандировать о том, что княгиня не справедлива.

– Барбара Пристрастная!

– Барбара Пристрастная!

Толпа все кричала, давая ей прозвище, которое Барбара надеялась никогда не получить.

Она старалась всегда делать все ради народа и совсем не думала, что он отвернется от нее за одну спасенную жизнь. Кое-как пробравшись к лошадям, Яромир усадил ее на своего коня, а сам сел за ее спиной, крепко обхватив ее руками и взяв повод. С тяжелым сердцем они доехали до замка, где Яромир, все также обнимая ее за плечи, провел к кабинету. Княгиня была искренне благодарна ему за поддержку, потому что думала, что с такими ватными ногами она бы не ушла далеко.

– Барбара...

– Ничего не говори, Яромир, – произнесла княгиня, садясь в свое кресло. – Этот день не станет хуже, чем есть.

Она устало потерла глаза и оперлась локтями на стол. Барбара хотела тщательно обдумать произошедшее, но вдруг заметила на столе письмо в дорогом конверте из гербовой бумаги. И стоял на восковой печати герб Црейфлодера. Барбара напряглась всем телом и с дрожащими руками вскрыла его, принявшись читать. Строки бегали перед ее глазами, не давая нормально и осознанно вчитаться в текст.

Но то, как она побледнела, не на шутку взволновало Яромира, он резко подскочил к княгине.

– Барбара! Что случилось?

Княгиня перевела немигающий взгляд на жениха и хриплым голосом проговорила:

– Это письмо от императора Црейфлодера. Он требует выслать его сына на родину, а иначе будет считать это насильственным удержанием члена императорской семьи и будет готов начать военную интервенцию с целью освобождения принца.

Письмо выскользнуло из ее обессилевших рук и приземлилось на столешницу.

Глава 10.1

– Принц должен покинуть Старжтат немедленно! – почти срываясь на визг причитал Марек Лещинский. Его щеки от злости приобрели неприятный пунцовый оттенок.

Барбара наблюдала за тем, как канцлер разъяренно расхаживает по кабинету, и сожалела, что вообще его позвала. Этот вопрос они намного спокойнее обсудили бы и с Якубом, который, кстати, и стал главным виновником, крайней раздраженности Лещинского.