Последняя Академия Элизабет Чарльстон

И, как ни странно, все они действительно прижились, обещая вот-вот дорасти до предельной возможности и — что важнее всего — зацвести! Тогда можно будет сделать кучу очень полезных снадобий, за что Хельгу непременно отметят как одну из лучших студенток на курсе.

— Ну как? — Соседка гордо подбоченилась и с невероятным удовольствием рассматривала тонкие синие стебли, медленно раскачивающиеся в разные стороны.

— Невероятно! — выдохнула я.

— Ага. Но ближе не подходи. Профессор Савье, узнав, что море-трава прижилась, поставила сильную защиту, чтоб никто не испортил нам триумф!

— Ты невероятно талантлива!

— Это правда.

— Хельга улыбнулась. — То ли еще будет, когда мои Soptimus Homit подрастут!

Вспомнив всеядных монстров на подоконнике в нашей комнате, я поумерила пылкую похвалу. Для таких ярых приверженцев биомагии, какими, судя по всему, являлись Хельга и профессор Савье, любые жертвы на пути к открытию стали бы незначительными. Вот надкусит сопливус кусок ноги собственной хозяйке, так она же еще переживать будет, чтоб это его пищеварению не навредило…

— Слышишь? — вновь выдернула меня из дум соседка.

— Какой-то гул в глубине кладбища. Странно.

Я прислушалась. И правда, откуда-то из центра доносилось невнятное жужжание. Однако стоило его уловить, как все стихло.

— Все?! — Хельга посмотрела на меня с удивлением. — Что это было?

— Без понятия. Давай уйдем? — предложила я.

И соседка, несмотря на всю браваду, сразу согласилась.

Пока мы выбирались с последнего пристанища тех, кто отдал свои тела академии, меня не покидало чувство беспокойства.

Меж лопаток свербило, и постоянно казалось, что кто-то следит за нами. Но сколько бы я ни оглядывалась, никого не увидела.

И только покинув кладбище, мы с Хельгой одновременно выдохнули с облегчением. Переглянувшись, встретились взглядами, поняли, что обе здорово струсили непонятно от чего, и засмеялись.

— Надо же, как бывает, — поделилась впечатлениями соседка. — У страхов и правда множество лиц. Мне даже в ветре шепоток почудился!

— А мне казалось, что кто-то смотрит в затылок.

— Ну вот! Когда кажется одному — это сумасшествие, а если нас двое — не так страшно, Элизабет! — Хельга засмеялась. — Знаешь, многие ведь говорят, что странности участились. Что-то плохое происходит вокруг. Я слышала, парень с третьего курса прорицательского факультета упал в обморок, поднимаясь в общежитие. Он что-то кричал о силе, которую нельзя сдерживать, и о зле, притаившемся за углом.