Снегурочка

На шее, наподобие шарфа, висели лапти. Видимо леший носил их как украшение.

– У каждого растения имеется своя душа. Будь она худая или благая, – начал свою лекцию низким, скрипучим голосом рогатый учитель, обводя дев яркими, словно драгоценные камни, зелеными глазами. – Использовать растения нужно осторожно и с умом. Каждому растению отведено свое время и сезоны. Если хотите, чтобы трава сохранила волшебные свойства, стоит собирать в определенные часы. О растениях и их часах поговорим позже…

И заскрипели перья в девичьих пальцах усердно записывающие речи лешего.

Говорил он много, о медицине как травы влияют на различные части организма. Какие травы совместимы, какие нет. Какие растения могут повлиять и на душу либо очерняя ее, либо выводя к свету. Из каких можно варить целебные зелья, которое в разы мощнее нежели обычных безмагичных припарок. Да и сами зелья должны были вариться в определенный магический час. Зелья так же делились на «хорошие» и «плохие».

Слушать лешего было интересно, и я ни на минуту не отвлекалась, записывала все, что могла на выданный пергамент.

Не терпелось самой собрать травы и сварить зелье – невидимости. Или вонючести, чтобы отвадить богатырей с царевичами. Хотя нет, тогда все начнут от меня шарахаться. Но что-то нужно обязательно придумать.

Урок пролетел незаметно и размяв плечи с кистями рук – давненько я столько не писала! – направилась в другой класс. В этот раз был урок волшебного шитья… Да, когда услышала, не поверила собственным ушам.

Преподавала его берегиня, как Метелица сказала, они искусницы по волшебной вышивке.

– Разве Берегиня не богиня? – моему удивлению не было предела. Это что же, Богиня ведет урок, пусть непростых, но все же низших существ по рангу?

– Это дочери ее. В помощь не только нам присланы, но по большей части простому люду. Без них им было бы совсем худо.

- Но они же по берегам рек и озер. Как она может быть так далеко от родной стихии? – продолжала допытываться у Дарьи стараясь не привлекать внимание красивой юной девушки.

Красивой берегиню назвать было нельзя – прекрасной! Совершенной! Я еле могла отвести от ее красоты взгляд, а еще аура: теплая и ласковая как кошка на весеннем солнышке заставляла жмуриться. Густые русые волосы, отливающие зеленью напоминающие водоросли на дне речном, были сплетены в толстую косу и украшена различной травой и засушенными ягодами. На шее висело несколько амулетов на простых кожаных ремешках.