Охоту на суженого ведьма объявляет открытой

А у бедного скелетика как минимум моральная травма от экстренного выхода из могилы, и ещё он пару раз был на грани потери черепушки. Я свидетель!

— Слышь, ты... свидетель... — с трудом прохрипела я, — немедленно вырубай его. Он же по правде убить меня хочет!

— Конечно, хочет, — вроде бы как удивилось кольцо, — как не хотеть. Эти зомби они такие. Сожрут, даже если от пищеварительного тракта одни воспоминания остались. И как я тебе его вырублю?

— Как хочешь, так и вырубай! — я с трудом поднялась на ноги и с опаской подошла к шевелящемуся покрывалу, из-под которого периодично высовывались желтоватые конечности.

— Хозяюшка, — вдруг протянула служанка, подозрительно меня оглядывая, — а уж не ваша ли это вредительская работа?

— Наша, — гордо поправило её кольцо, и я разозлилась окончательно. Но сказать ничего не успела — Эсмеральда поудобнее устроившись на пленнике, меня опередила:

— Ты что натворил, провокатор? А ну быстро скажи, что это — единственный ходячий труп в округе, и что ты знаешь, как его упокоить!

— А вот и не скажу! У неё оказалось столько дури, что она смогла выпустить из могил всех покойников на городском кладбище! И нечего всё валить на меня, безобидного.

Эсмеральда, удерживая скелет, который, впрочем, трепыхался всё медленнее и медленнее, вперила в меня осуждающий взор. Это была последняя капля.

— Всё, вырубайте камеры и выпускайте меня из этого дурдома, — завопила я ,- мне надоело изображать из себя невесть кого.

И попыталась стянуть кольцо с пальца — впрочем, мне это не удалось, проклятая вещица держалась, как приклеенная. И при этом умудрялась переговариваться со служанкой.

— Это она о чём?

— Не знаю.

— Какие камеры?

— Понятия не имею...

— Да скрытые камеры, — почти зарычала я, — которые вы везде понатыкали, и теперь снимаете шоу ’А давайте разыграем училку из России, мало ей на уроках достаётся’!

Эсмеральда снова посмотрела на меня, но теперь уже с недоумёнием и жалостью.

— Графиня, единственное шоу, которое здесь идёт, это бардак в вашей голове. Вам же в письме Фредерика всё написала.

— Не верю в этот бред! — заявила я, — ты что, смогла бы меня отравить?!

Эсмеральда застенчиво потупила глаза, и тут кольцо снова подало голос.

— Лучше поверь, — посоветовало оно, и осуждающе добавило, — и как можно быстрее.