Семя Зла

Дэниэл вздрогнул, ему показалось, что в облике Виктора появилось что-то зловещее и непонятное: в его неприязненной усмешке и вдруг посветлевших глазах.

Дэниэл внутренне сжался и на миг зажмурился, потому что увиденное пугало и не поддавалось объяснению, как и тогда, при их стычке в коридоре университета. Он увидел, как Аннет быстро опустила голову и испуганно отстранилась. А Виктор, вдруг стремительно поддавшись к ней, резко смахнул со стола несколько предметов. Посуда со звоном разлетелась на груду осколков, туда же упала и чашка из рук Виктора.

Дэниэл тряхнул головой, ему показалось, что она уже была изломана на черепки. Он почувствовал вдруг леденящий и парализующий его страх. Аннет быстро взглянула на Виктора и что-то беззвучно шепнула. И он тут же отступил и, еле переводя дыхание, опустился на свое место.

— О, как же это? — испуганно охнула Аннет. — Дэниэл, принеси мне из дома корзину, надо это убрать.

Виктор безмолвно и неподвижно смотрел на этот беспорядок, он был словно испуган и не произносил ни слова.

Дэниэл и сам был рад исчезнуть на время, ему почему-то было все также не по себе, он быстро пошел в дом.

Аннет рванулась к Виктору. Она-то видела в его руках раздавленную чашку.

— Я… не могу дышать, — еле вымолвил юноша.

Он чувствовал, что задыхается от боли, а сердце колотится с бешеной силой.

Аннет быстро схватила его за руки, и дыхание Виктора стало свободнее. Он крепко сжал ее руки, чувствуя, что испытывает облегчение. Ему и вправду казалось, что прикосновения Аннет уменьшают боль.

Дэниэл вышел из дома и приостановился, наблюдая за ними. Виктор сидел все так же неподвижно, а Аннет стояла рядом, склонившись к нему, напрочь забыв о рассыпанных по террасе осколках. Потом Виктор медленно встал.

— Простите, мне что-то нехорошо, — смущенно произнес он. И нетвердой походкой вошел в дом.

***

Виктор бросился в ванную комнату, подставил руки под кран, прижал ладони к полыхающему лицу и вновь опустил руки в воду.

Что с ним происходит?! Неужели это зло в его душе необратимо?! Необратимо! Он так долго искал спасение, он искал Франческу, и вот сейчас появилась призрачная надежда увидеть ее, увидеть и все исправить.

Или нет? Неужели в нем столько зла?! Он думал, что его в нем нет. Но какое жуткое злорадство он испытал сейчас при одном упоминании об ее одиночестве! В нем всколыхнулись жуткие чувства, вылившиеся в приступ дикого гнева, который он едва смог остановить. Словно в нем всколыхнулось все темное, и оно готово было утянуть его в бездну.