Семя Зла

Надежды и страхи завтрашнего дня сейчас не давали ей покоя, пройдя в комнату, она осторожно достала шкатулку и завела ее. Красноватые отблески на скалах, казавшиеся зловещими, теперь были для Аннет проблесками рассвета нового дня. И гонимый волнами корабль, казался ей сейчас ее с Виктором судьбой, упрямо швыряемый от непроглядного отчаяния к призрачной надежде.

— Можно войти? Ты не спишь, Аннет? — тихо спросил только что зашедший с террасы Виктор.

— Да. Я не могу спать, — девушка покачала головой. — Скорее бы завтра.

— Не надо ни о чем сейчас думать. Случится то, что случится, — спокойно произнес Виктор.

Аннет замечала, что он, словно уже смирился, и то, как спокойно юноша говорил о том, что так пугало ее, настораживало Аннет. Но все же иногда он не мог совладать с собой, и девушка замечала в его глазах жестокое отчаяние.

Вот и сейчас потрясения сегодняшнего дня, видимо, были сильнее его. Он осторожно присел рядом с Аннет, и она понимала, как ему тяжело быть одному со своими мыслями и чувствами.

Она закрыла шкатулку и осторожно прикоснулась к его руке.

— Спасибо, — тихо произнес Виктор. — Одному мне было бы невыносимо.

— Я понимаю. Может быть, все решится завтра…

— Я боюсь думать об этом, Аннет.

Виктор вздохнул и отошел к окну. Кромешная тьма резко накрыла все пространство вокруг, девушка вздрогнула и сжалась. Ей казалось, что тьма рассеивается невероятно долго. Она посмотрела в окно: там тоже была темнота, густая и непроглядная, словно от неба до земли тянулся непроницаемый черный полог.

«Какая черная ночь, — подумалось Аннет. — Самая черная ночь бывает перед рассветом», — вдруг пронеслось у нее в голове.

— Как же темно, — тихо произнесла она.

— Это потому что сейчас новолуние, — отозвался Виктор. — Новолуние…

Он обернулся и как-то обескуражено посмотрел на Аннет.

— Новолуние, а я даже не заметил этого! — быстро проговорил Виктор.

— О чем ты?

— В новолуние мне было очень страшно. Так всегда было, с тех пор как все это случилось со мной, — ответил Виктор. — Я ощущал себя как тогда, в детстве, запертым в темной комнате. Там было холодно и очень жутко. Мне казалось, в той тьме есть что-то живое и страшное: непонятные звуки, тени.

Мне так хотелось выйти оттуда, где есть свет и тепло. Но я знал, что это невозможно, что никто не придет. И в новолуние я чувствовал себя именно так.