Семя Зла

Но я понимала, что ты, возможно, не захочешь даже увидеть меня, а не то, что простить… Я знала, что я посеяла в твоем сердце боль и зло, и кто знает, как это отразилось на твоей жизни. Это зло могло породить другое зло, страшное, беспощадное, которое сушит душу жаждой мести, жестокостью. Я так боялась этого, мой мальчик. И преодолеть это так трудно, иногда невозможно. Порой мне становилось так плохо, что я боялась покинуть этот мир, зная, что ты не простил мне этого. Разве это можно простить?

— Не надо так, — тихо произнес Виктор.

— Я пришел не для того, чтобы упрекать или радоваться вашему одиночеству и боли. Нам обоим важно было увидеть друг друга. Знайте, я не держу на вас зла. Это правда. Я не хочу, чтобы вы страдали. Я понимаю, как вам сейчас нелегко, я знаю, что такое одиночество.

— Да, я тоже, — тихо проронила Франческа. — Пока мы молоды и в нас есть силы, мы многое не замечаем, а когда это уходит… Я не была одинока, но… Моя болезнь… Когда моя беспомощность стала слишком явной, я осталась одна, — Франческа горестно замолчала, а потом продолжила.

— Здесь, конечно, все хорошо. Но… когда сюда приходят люди к кому-то, а ты… ждешь, но знаешь, что этого не будет. Я знаю, ты понимаешь это. Кажется, это такая малость, но это так важно… Ты помнишь Маргариту, дочку директора? — вдруг спросила Франческа.

Виктор кивнул.

— Когда я уезжала от вас, она приходила ко мне. Ты был в больнице, я знала. Маргарита была очень умная чуткая девочка, она просила, чтобы я зашла к тебе. Просто, на пару минут.

Ну что мне стоило тогда просто увидеть тебя! Я понимаю, как тебе было больно.

Франческа сокрушенно покачала головой и опустила глаза.

— Не надо, это все уже в прошлом, — произнес юноша. — Я хотел бы хоть что-то сделать для вас…

Виктор осторожно протянул женщине крошечный горшочек с красным цветком герани.

— Вы говорили об этом цветке?

— Да, да, — с трепетом прошептала женщина, — когда-то ты растил такой же для меня.

— Вы знали? — несколько удивленно спросил Виктор.

— Конечно, — тихо ответила Франческа. — Дети же так бесхитростны, и все ваши великие тайны шиты белыми нитками. Но тогда я даже не обратила на это внимание. Я знаю, все было слишком больно для тебя.

Франческа снова закрыла лицо руками и тихо всхлипнула.

— Не надо. Все это было давно, — произнес Виктор. — И мы больше не будем этого помнить. Я знаю, вы любите эти цветы. Пусть мой подарок будет с вами, сейчас, и вы уже не будете так несчастны и одиноки.