Семя Зла

Дэниэл утром слышал сбивчивый рассказ Элизабет об Аннет и догадался, что произошел конфликт. Хотя Дэниэл был уверен, что Виктор не способен на низость, но сегодня он был очень раздражен, и появление Виктора вызвало в нем не просто неприязнь, а открытую злобу. Дэниэл был готов сорваться на ком-нибудь и лучшей жертвы, чем Виктор, сейчас трудно было представить.

— Когда же ты избавишь нас от своего присутствия? — нагло произнес юноша. — Тебе давно пора уже убраться отсюда.

Виктор угрюмо молчал, но чувствовал, как его сердце наливается дикой злобой.

— Не надоело быть всеобщим посмешищем, или тебя это забавляет? — продолжал Дэниэл. — А ты оказывается еще и позволяешь себе дикие выходки!

Виктор вздрогнул от этих слов, а Дэниэл, воспользовавшись его замешательством, неожиданно и сильно толкнул его. Он не думал, что Виктор посмеет ответить ему. Но юноша, вдруг резко ударив, отшвырнул от себя парня с такой силой, что Дэниэл отлетел к противоположной стене. От невероятного удара он опешил, а Виктор двинулся на него.

Дэниэл ощущал себя абсолютно беспомощным, он отчаянно смотрел вперед, ему казалось, что он видит что-то непонятное в облике Виктора, что-то новое и страшное, чего не мог уловить. Дэниэл уже ждал очередного удара, как вдруг Виктор опустил голову, вперяясь взглядом в пол, и неподвижно застыл на месте. Вскочив, Дэниэл одним махом свалил Виктора на пол и нанес несколько жестоких ударов. На этот раз Виктор даже не попробовал защититься, он только глухо стонал.

— Дэниэл, прекрати сейчас же! — подбежавший Макс схватил парня и попытался его утихомирить.

— Что ты наделал! — воскликнул он. — Ты думаешь, это тебе сойдет с рук?!

— Отстань! — Дэниэл вырвался, но бить больше не стал.

Он, видно, сам не ожидал от себя подобного поведения.

Макс обеспокоенно взглянул на Виктора, а тот, прислонившись к стене, беспомощно смотрел в сторону подоконника с цветами и тяжело дышал, пытаясь заслониться рукой, словно от видения.

— Что это с ним? — еще не остыв от драки, недоуменно спросил Дэниэл.

— Цветы? Ничего не пойму, — удивленно пробормотал Макс. — Похоже, они действует на него как сильный аллерген.

— Ах вот оно что! — вновь злобно взвился Дэниэл.

Он бросился к горшку и, выдрав с корнем цветок, зачем-то ударил им Виктора по обнаженному запястью.

Тот сжался от невероятной боли и стал задыхаться еще сильнее. По запястью пурпурной краской разлилась ожоговая рана.

— Не смей! — заорал Макс.