Семя Зла

Он еще не понимал, да и не мог понять, что люди не выбирают кого им полюбить, и, к сожалению, любовь для многих бывает не благом, а лишь ненужной тягостью.

Франческа с холодным раздражением смотрела на ребенка. Конечно же, от нее не могло ускользнуть пристальное внимание мальчика к ней. Но с чего бы это? Она старалась никому не дарить надежд, потому что само пребывание здесь чудовищно тяготило ее. Женщина была вынуждена работать тут в силу обстоятельств, которые должны были вскоре разрешиться благополучным образом, и она мечтала убраться отсюда.

Именно поэтому Франческа порой не могла справиться с приступами раздражения, но она сдерживалась, выполняя свои работу четко и строго, не более того. И она знала, что поступает правильно.

Франческа и впрямь не чувствовала ни жалости, ни сочувствия, ни простой привязанности к детям. Для нее они были чем-то вроде досадного недоразумения в жизни, вызывая пренебрежение, смешанное с брезгливостью. Если они оказались не нужны собственным родителям, с чего бы ей убиваться об их судьбе?

А этот мальчишка своей привязанностью почему-то вызывал в ней порой откровенную неприязнь, которую он словно и не замечал.

Он каким-то чудным образом часто оказывался рядом с ней, хотя она меньше всего желала этого.

***

Франческа быстро шла по коридору, когда случайно заметила маленькую фигурку, неподвижно стоящую у окна. Она подошла поближе и узнала Виктора. Он стоял, приподнявшись на цыпочки, вцепившись руками в подоконник, и сосредоточенно смотрел в окно.

— Что ты здесь делаешь? — спросила Франческа.

Мальчик не откликнулся, он был слишком поглощен своим занятием. Женщина выглянула в окно, пытаясь понять, что могло так заинтересовать ребенка. Внизу на лавочке сидело несколько детей рядом со своими родными, которые пришли их навестить. Сегодня был день посещений. В этот день обычно приходило очень много людей.

Виктор только сейчас заметил Франческу. Он быстро отошел от окна и виновато взглянул на нее.

— У нас все ушли…, — робко пролепетал он.

— А я тут…

Франческа пристально посмотрела на ребенка. Она ничего особо не знала о нем, да и не хотела знать, но сейчас почему-то заинтересовалась. Он стоял перед ней, опустив глаза, потерянный и очень грустный.

— Ничего, — спокойно произнесла она. — К тебе не пришли сегодня? К тебе приходит кто-нибудь, Виктор?

— Нет, мадам, — тихо ответил мальчик. — Никто.

— Сколько тебе лет? Шесть, кажется? И ты здесь давно?

— Семь, — также тихо ответил ребенок.