Невеста для Мороза

Пелись громко колядки, костры горели, взвиваясь к самому звездному небу. Но нет-нет, да и всплывали в голове Миры мысли о Лучезаре и гадании. Так и тянуло в чащу зайти, поискать Мороза. Но строго-настрого с тех пор запретили ей родичи одной по лесу, особенно ночами, разгуливать. Да еще и в ночь разгула нечистой силы! Не приведи Боги Светлые, опять Леший не на ту тропку заведет, запутает.

Минул месяц снежник, пришел просинец. И не сбылись слова девушек в день гадания, что не видать Мире свадьбы. Просватался к ней Богдан, парень видный, всем хороший.

Да из семьи зажиточной и всеми в деревне почитаемой. И сдалась Мирослава на уговоры матушки с батюшкой, согласилась на свадьбу, всем подружкам на зависть.

Прошли приготовления и настал день свадьбы.

– Ох, хороша ты, Мирослава! – улыбнулась матушка, прижимая руки к груди и оглядывая дочь. Тяжелый красный сарафан, расшитый золотыми нитями и украшенный кружевами и речным жемчугом, на голове – накосник с нарядными жемчужными ряснами – таков был наряд невесты.

Накинув поверх душегрейку, вышла Мира из отчего дома навстречу своей новой судьбе. Жених уже ожидал ее на капище, где волхв проведет свадебный обряд.

С восторгом на лице встретил Богдан невесту, улыбнулся весело, подмигнул. А у Миры колени дрожали, когда шла она к огню, разожженному у идола Велеса – верховного среди Светлых Богов. Неспокойно на душе было, тяжко.

Поклонились низко молодые Божеству, огню и волхву поочередно. Нагнулся волхв к пламени, зашептал заветные слова, к Ладе Светлой обращаясь, подложил сухие веточки в огонь.

Взметнулось пламя всем на радость и… вдруг заметалось и погасло. Повеяло стужей, взметнулся снег, запорошив место для священного огня. И зашептались гости: плохой знак, не признают Боги обряд свадебный, отказываются союз скреплять. Нахмурил соболиные брови Богдан и обратился к волхву:

– Продолжай, ветер всего лишь. Мне Мирослава предназначена. Разводи огонь заново.

Покачал головой волхв, заглядывая в чашу с водой, тут же стоящую.

– Нельзя никак, молодец. Не твоя она невеста. Обещана она уже, другому. Видишь, противятся Боги Светлые. Лада благословение свое не дает.

Ахнули гости, покачали головой с осуждением.

– То есть как – другому обещана? – разозлился Богдан, сверкая темными глазами. Глянул на побледневшую Миру, на родителей ее. – Кому вы дочь сосватали да промолчали?

Отец жениха тоже тяжело смотрел из-под кустистых нахмуренных бровей.