Артефаки. Часть 1

Он решил резко подняться и прямо с размаху долбанулся головой о косой потолок.

Я поражённо уставилась на его макушку.

Наверняка это было очень больно.

Глава 6

Глава 6

В пять утра я уже была на ногах — собиралась в «Берлингер». До восхода солнца оставалось не так много времени, на улице ещё стояли сумерки. Я носилась по дому тихо, чтобы никого не разбудить. На кухню — поставить чайник, тут же в ванную — скорее умыться, потом вниз — к зеркалу. И снова на кухню — чайник!

В какой-то момент, проносясь мимо гостиной, заметила тлеющий красный огонёк.

Остановилась, пригляделась и дрожащей рукой включила свет. Мама, которая сидела на диване с бутылкой вина в одной руке и сигаретой в другой, закрыла глаза.

— Ай, Эрин! Выключи!

Я послушалась, щёлкнула клавишей и осторожно приблизилась к дивану по вновь утопающей в полутьме комнате.

— Мам? А ты чего не спишь? — спросила удивлённо.

Обычно я всегда собиралась в одиночестве.

— Не спится, — пьяным голосом отчиталась она.

Я осторожно присела возле неё.

— Что-то случилось?

— Отец твой. Случился.

— Он что-то сделал?

— Не знаю. Ты мне скажи. — Она повернула голову и посмотрела на меня с некоторой обидой.

— Я? А я-то чего? — сглотнула испуганно.

Она всё-таки узнала о стажировке?!

— Почему он пришёл? — Мама ткнула сигаретой в пепельницу и повторила членораздельно: — Почему. Он. Пришёл.

Я напряглась. С ней очень тяжело разговаривать, когда она в таком состоянии — совершенно непонятно, какого ответа ждёт.

— Что ты ему сказала? Ты его видела? Ты к нему ходила? Ты жаловалась?

— Что? — опешила я.

— Мам, нет, клянусь тебе.

— Он пришёл сюда, чтобы отобрать у меня дочь. — Она злобно поставила бутылку на стол, сама закурила ещё одну сигарету и откинулась на спинку дивана. — Это я тебя растила. Я, а не он. Его не было в твоей жизни. Никогда!

— Знаю, мам, не кричи. Разбудишь всех. — Я мягко погладила её по плечу.

— Он не знает, каково мне было. Я… у меня не было денег, но я смогла прокормить нас.

А что сделал он? — Она затянулась и выдохнула едкий дым. — Днём мне приходилось брать тебя с собой на работу. Полугодовалого ребёнка в люльке. А ночью… ты никогда не спала. Только плакала… плакала… Он разве знает, что это такое — не спать по несколько суток? Знает? Нет. Он никогда не кормил тебя с ложки. Ты никогда не бросалась в него едой. Он не видел твоих колик. Он не знает, каково это — когда тебе из школы звонят и говорят, что дочь разбила голову.