Три сына. Младший сын.

Я надел лучшие начищенные латы, получил меч предков из ирхийской стали. На голову надел шлем. Когда-то в детстве я мечтал об этом, до чего был глуп.

Первый рубеж на пути барварцев – это городские стены и четыре сотни воинов за ними, расположившиеся по обеим сторонам.

С первыми рассветными лучами я и Александр были уже там. Краем глаза я заметил Миру, которая стояла по правую руку от ворот. Сказав Александру, что скоро вернусь подошёл к ней. Она шептала какие-то слова выводя руками разные символы. Её глаза при этом ярко сияли.

От меня не укрылось, что она была одета не в свои серые наряды, а в белое струящееся платье с повязкой на поясе. Я замер рассматривая её.

Она оглянулась и заметив меня улыбнулась. Ночью нам так и не удалось увидеться, она и другие девы проводили обряд накопления магии.

Я подошёл ближе и тихо произнёс:

- Ты обещала мне, что будешь осторожна.

- Я буду, но и ты тоже дал слово беречь себя.

Я коснулся рукой её щеки, но из-за перчаток что были на мне я не чувствовал тепла её кожи, а она не чувствовала моего тепла.

Мы смотрели друг на друга, когда услышали негромкий кашель пришедшего Олега.

- Я на месте. Не помешал?

«Помешал» - мысленно ответил я, а в слух произнёс – конечно нет.

Он хмыкнул, а я нехотя убрал свою руку от её лица и вернулся к брату.

Всё вокруг замерло в ожидании. Солнце появилось на горизонте, когда войско Леонида пришло в движение.

Первыми шли бурборы. Точнее не шли, а неслись неистово, свирепо сверкая своими красными глазами, обнажая клыки.

Наши воины вступили в схватку, так же отчаянно, но уже в начале битвы мы все знали её исход. Воины падут. Глупо было надеяться на другое, но это поможет нам истребить большую часть тварей.

Я пытался убедить себя, что данная жертва оправдана, хотя получалось плохо. Заставлял не отворачиваться каждый раз слыша крики и смерть очередного ирхийца.

Нас защищал барьер, но и он же делал слабыми, так мы не могли стрелять из лука по противнику.

Разделавшись с людьми бурборы стали по головам, прыгая друг на друга забираться на стены.

Я резко отшатнулся назад, увидев перед собой мерзкую, оскалившуюся морду твари. Он долбил руками и скреб когтями барьер, но не мог пробиться сквозь него. Воины успели истребить больше половины этих нелюдей, но их по-прежнему было ещё много. Вопрос времени, когда они пробьются сквозь барьер.

Едва я подумал об этом, как одна из девиц испугалась вида рычащего бурбора отпрянув назад разорвала барьер, в той части образовалась брешь.