Зачет по приворотам

Под ними и вовсе одна тень, если темный маг не обладал зрением кошки, не разгадает хитрость студентки. Даниэль выждет немного, вернется и что-нибудь соврет.

Песок шуршал под ногами — слишком громкий звук посреди всеобщего безмолвия.

Раз, два, три, четыре пять —

Я иду тебя искать.

Леди Отой вздрогнула и остановилась. Ветер? Точно ветер, именно его она приняла за шепот среди крон.

Не слышны мои шаги.

Как найду тебя — беги.

Тоненький детский голосок упрямо врывался в сознание. Девушка никак не могла понять, откуда он доносился.

Сверху? Справа, слева?

«Ну и богатое у тебя воображение!» — покачала головой Даниэль и направилась к намеченной цели — скульптурной группе из женщины и ребенка, возлагающих венок к гладкой могильной плите на постаменте. Родственники явно навещали захоронение, вот, даже лампадку поставили. До ограды оставалось всего ничего, когда светильник неожиданно взмыл в воздух. Девушка замерла, скованная страхом. Сколько ударов сердца минуло? Один, два? Она на время потеряла счет времени, не сводя взгляда с могилы.

Вот лампадка разгорелась ярче, такая же алая, зловещая, как в часовне, и леди Отой поняла, что та не висела в воздухе, нет, ее держал человек. Осознав, что его обнаружили, он поднялся в полный рост. Беззвучный крик вырвался из груди Даниэль, и она опрометью, спотыкаясь, бросилась прочь. У человека не было головы! Совсем, вместо нее — обрубок шеи. Предательские ноги отчего-то понесли не к Антуану, а петляли между могилами, продирались сквозь кустарник к параллельной дорожке. Даниэль не видела, но чувствовала, кладбищенский обитатель следовал за ней. Он не торопился, словно верил, жертве никуда не деться. Сухой валежник хрустел под тяжелой поступью. Но этого не может быть, призраки нематериальны, а мертвецы не разгуливают как живые.

Шесть, семь, восемь, девять, семь.

Где-то тут твоя постель.

В спину я тебе дышу.

Не волнуйся: я спешу.

Непонятная детская считалочка звучала все громче. Казалось, ее распевали десятки голосов, хохоча, издеваясь.

Они были повсюду и одновременно нигде.

Вконец запаниковав, Даниэль рванула еще быстрее, едва не разбив нос о внезапно выросшую перед ней ограду. Зато без синяков не обошлось — пострадала нога, но девушка не замечала боли. Она понимала, только движение, непрерывное, стремительное, отсрочивало встречу со смертью.

Раз, два, три, четыре семь.

Мне не жаль тебя совсем.

Прятаться ведь нет нужды,

Не избегнешь ты беды.