Как я нашла Джинна

Этого мужика я вряд ли интересую, как женщина, иначе он давно бы это показал. Наверное.

Джаффар, кстати, всё это время, пока я изводила себя внутренне, сидел неподвижно и просто на меня смотрел. Ну, это я предполагаю так, потому что глаза−то пришлось закрыть, но я не слышала никаких движений, и чувствовала на себе пристальный взгляд соблазнительного марокканского красавчика.

Спустя время сердце удалось успокоить, и я стала фантазировать, как события могли бы разворачиваться, если бы Джаффар просто был обычным мужчиной.

Вот он поднимается с пола, присаживается на мою кровать, проводит рукой по моему бедру, потом наклоняется и нежно касается губами моей шеи. Я обнимаю его, прижимаю к себе…

А мы летим вместе с птицами,

Чтобы в эту жизнь посмотреть с конца.

Всё пройдет, но свет твоего лица

Навсегда со мной…

И над холодными крышами

Падаем, как−будто с небес − вода.

Ты ведь не поверишь, но я всегда

Чувствую тебя… душой…

Открыв глаза, я недоумённо заморгала. Чёрт, уже что, утро?! Не может быть! Играет будильник, Джаффара в комнате нет.

Да как я могла уснуть?!?! Всё, возможно, это был мой единственный шанс оказаться в объятиях Джинна, а я его вот так глупо проворонила. Но ведь и он мог бы первый шаг сделать, раз уж всё равно пришёл!

Я села в кровати и шмыгнула носом. Грустно. А ещё и песня эта… надо сменить мелодию будильника на что−то более весёлое, а то эта совсем грузовая. Недаром у меня с утра зачастую настроение паршивое, кто ж под такое с улыбкой−то просыпается?

Переодевшись из пижамы в джинсовую юбку и майку, я вышла из своей спальни.

Джаффар нашёлся на кухне, кормил беднягу Семёна Ивановича лимоном и смеялся, когда сурикат дёргался от кислого вкуса.

− И давно ты тут зверушку мучаешь? – усмехнулась я.

− Не мучаю! Ему нравится, Уля! – заверил меня Джинн, скармливая сурикату очередной кусочек лимона и закатываясь со смеху над его реакцией.

− По−моему, тебе больше нравится! – тоже засмеялась я. – А ему можно лимоны−то?

Джаффар пожал плечами.

− Не знаю. Ну, ест же.

− Ты точно не знаешь, и всё равно кормишь его?! – возмутилась я, отбирая у Джинна остатки фрукта.

– А если ему плохо станет? Не думаю, что местные ветеринары знают, как лечить сурикатов. Не смей больше давать ему что−то, если не уверен, что ему это можно!

− Как скажешь, моя госпожа, − пытаясь сдержать смех, выдавил красавец, тут же уверяя меня в том, что это не последний его эксперимент над бедной зверушкой.

Я поставила закипать чайник и стала делать бутерброды на завтрак.