Мой новый твой мир

— Так, не страдай! Все, перед обеденным перерывом у меня будет окно, так что я попробую кое-что разузнать, а ты давай не унывай! Выясним, что это за крендель!

Я лишь кивнула, а девушка неожиданно подалась вперед:

— Ты слышала, что снова стали появляться? Демоны! — Подруга облизала губы. — Мне один парень с потока сказал, у него брат работает в Законе, уже три новых случая! Три человека, и это только в столице! Говорят, что на жертвах живого места нельзя было обнаружить! — Новое нервное движение, и она зашептала тише, словно боялась, что кто-то услышит: — Они прорываются к нам! Снова! Боже, надеюсь, до третьей волны не дойдет…

Иннель торопливо сунула мне под нос распределительный лист и сорвалась с места, спеша на занятия.

Я закусила губу и нахмурилась. Сразу после Первой Волны демоны исчезли из этого мира, но все еще пытались вернуться обратно. Непонятно, почему они отступили спустя семь дней и зачем снова пытаются прорваться. Но каждый месяц их атаки на наше пространство становятся ощутимее, а два раза в год их попытки попасть в этот мир становятся все яростнее, материя трещит по швам, а теперь и люди гибнут…

Я неторопливо поднялась со своего стула, спрятала смятый лист в сумку и с тоской бросила прощальный взгляд на сиротливо стоящую посреди стола чашку кофе, к которой так и не притронулась.

Первой лекцией у нас была История Империи, я еще до начала каникул получила у господина Броуди отвод, сдав заранее весь материал. Пиликнул коммуникатор в кармане форменных брюк, и я потянулась, чтобы достать его. Экран зажегся, как только датчики поймали мой направленный на него взгляд.

«Страховой случай признан. Сумма за повреждения перечислена на ваш счет. С уважением, Закон Империи», — гласила надпись на экране, и я улыбнулась, снова опускаясь на стул.

Глава 4

— А я даже почти поверил Рику, что вы, госпожа Марс, совсем не такая, как я было решил.

Услышав этот голос над самым ухом, я поперхнулась последним глотком напитка и чуть не выплюнула его остатки на стол. Господин Роутек между тем продолжил свою речь:

— Он с таким жаром доказывал мне, что я ошибаюсь насчет вас, и я решил принести свои извинения.