Дочь Деметры

Строгое лицо офицера – на вид ему было лет тридцать пять – выглядело совершенно непроницаемым, губы сжаты в тонкую линию, взгляд темных глаз чуть затуманен. На Кору он обращал столько же внимания, сколько на всех пятерых работяг. То есть ноль.

Кора не знала, о чем и думать.

К –80 этажу напряжение достигло пика, к –90 — начало спадать, а на –104 кнопка на панели мигнула синим, и лифт остановился.

Офицер спокойно прошел между «красавчиком» и «пузаном» и вышел. Краем глаза девушка заметила, что работяги переглянулись; хрупкий светловолосый паренек нажал на кнопку внизу панели; двери лифта дрогнули, и Кора метнулась за офицером.

Ей не хватило буквально секунды.

Кора стремительно проскользнула между «красавчиком» и «пузаном», которые, хоть и ожидали этого, не успели сомкнуть ряды, и уже выскакивала из лифта… когда чья-то рука грубо дернула ее за шиворот, оттаскивая назад. Девушка попыталась крикнуть, но сильные руки перехватили ее за шею, и вместо вопля из пережатого горла вырвался булькающий хрип; блестящие хромированные двери сомкнулись перед ее носом, и лифт помчался вниз.

Кора отчаянно вцепилась в чужую руку, пытаясь оторвать ее от горла и вдохнуть хоть немного воздуха; перед глазами плыли радужные круги; легкие разрывало от боли; ноги словно превратились в вату.

Секунда.

Две.

Три.

Работяга – кажется, это был «красавчик» – стиснул ее горло так, что в глазах потемнело, а потом разжал пальцы. Кора сползла на пол, скорчившись между канистрами и пытаясь отдышаться.

Рабочие окружили ее; «красавчик» грубо схватил за плечо и поставил на ноги. От резкого движения девушка захлебнулась кашлем; перед глазами все поплыло, ноги подкосились, и «красавчик» с хохотом схватил ее за волосы, удерживая в вертикальном положении.

– А теперь, цыпочка… – начал рабочий.

И тут лифт остановился.

«Пузан» выругался, помянув тех, кому могло приспичить залезть в лифт на –145 этаже, и работяги в мгновение ока перегруппировались, встав спина к спине и задвинув вяло шевелящуюся, почти теряющую сознание Кору в угол.

Один из работяг, кажется, тот самый парнишка, который так понравился ей вначале, закрыл ей рот жесткой ладонью, чтобы не вздумала кричать, и прижал к себе, перехватив запястья свободной рукой. Кора почти лежала на нем, уткнувшись носом в спецовку, и судорожно вдыхала обжигающий воздух, остро пахнущий потом, спиртом и машинным маслом. Другой работяга, массивный, закрыл ее широкой спиной – так, чтобы не было видно с этажа.