Под кожей. Книга первая

– Кого? – не подумавши ляпнула Ингрид, заваривая чай. Слишком поздно она увидела, как всего на секунду остекленели глаза сидевшей в кресле прорицательницы.

– Черноволосую смерть.

Кружка чая опрокинулась, заливая кипятком весь стол. Кьяра вздрогнула и очнулась.

– Что я сказала?

– Ничего, – дрогнувшим голосом ответила Ингрид. – Ничего важного. Я вытру со стола.

Кьяра взглянула на неё, потирая виски, но давить не стала. Сказанного не вернёшь. Виденье было коротким, и женщине лишь оставалось надеяться, что она не очень сильно испугала девчонку.

***

День выдался долгим и наполненным чередой волнующих событий, поэтому Ингрид сразу же после чая блаженно скользнула на мягкий лежак и плотно закуталась в плащ Хэльварда. За окнами поднялся страшный ветер, задувающий во все щели унггвэ, и то тут, то там слышался загадочный свист, похожий на вой призраков.

– Это плащ мальчишки? – низким голосом спросила женщина с противоположной стороны комнаты.

– Да, – тихо ответила Ингрид. Она устала спорить с эльфкой.

Кьяра помолчала какое-то время. Ингрид начала уже задрёмывать, когда в ночной тишине снова раздался скребущий душу голос прорицательницы.

– Не снимай браслеты, девочка. Твой дар вошёл в полную силу, и твоему телу нужно привыкнуть к этому.

– От твоих туманных намёков меня воротит, – сонно буркнула Ингрид в ответ, отворачиваясь к стене.

– Послушай старуху. Я знаю о чём говорю. Подожди пару дней, и я сниму их. Не подождёшь, – прошептала она, – Будешь страдать всю оставшуюся жизнь.

Чародейка ничего не стала отвечать, лишь ещё сильнее закуталась в плащ, так успокаивающе пахнущий хвоей, яблоками и летом.

Но выспаться не получилось. Ингрид прокрутилась на лежаке всю ночь, терзаемая неприятными мыслями, беспричинной тревожностью и беспокойством, в душе проклиная всё, на чем свет стоял. Уснуть получилось лишь под утро, и то, сон вышел не глубоким и перед её глазами постоянно менялись одна за другой бредовые картинки, которые при пробуждении сразу же улетучились из головы, оставляя после себя только неприятный осадок на душе.

Ведьму разбудил звук дождя, тарабанящего по стеклу. Голова раскалывалась на части, во рту стоял тошнотворный привкус желчи.

– Что за чёрт… – простонала она, хватаясь за голову. Белоснежная картинка за витражами сменилась на самую настоящую бурю, так неожиданно налетевшую на остров. Деревья метало из стороны в сторону, обламывая ветки, дождь яростно хлестал по земле, будто наказывая её за какую-то провинность.