Под кожей. Книга первая

– Отужинаю я с твоим королём, так уж и быть, – темно-зелёные глаза чародейки неожиданно полыхнули решимостью.

Они переглянулись, в очередной раз оценивая друг друга. Оба понимали, что одолжение, сделанное Ингрид, было настоящим притворством, потому что все уже было давным-давно решено за неё. Но оба смолчали.

Глава вторая

Альвгейр не разозлился и в этот раз, даже не смотря на обстоятельства. Лишь отчитал новоиспечённую чародейку за ее внешний вид. «Боевой костюм», как мысленно нарекала его Ингрид, действительно оставлял желать лучшего своей владелице.

Кожаная куртка была настолько сильно поношена, что только когда она её надевала на себя, можно было догадаться какой именно это элемент гардероба. Но как только взгляд магистра опустился вниз к сапогам, тот неожиданно смолк, и Ингрид уже смутилась по-настоящему, прижав подбородок к груди и стараясь скрыть стыдливый румянец, появившийся на щеках. Высокие сапоги для верховой езды были настолько давно и сильно грязные, что Ингрид даже не могла вспомнить их оригинальный цвет. Хэльвард, в присутствии которого происходило сие действо, с интересом разглядывал собственные аккуратно подстриженные ногти, стараясь сделать вид, что ему плевать в каких сапогах ходит Ингрид. Собственно, так оно и было.

– Святой Инард, Ингрид, – Альвгейр зажал пальцами переносицу и закрыл глаза. Ирония состояла в том, что он никогда не жалел средств для своей ученицы, стараясь достать для неё все самое лучшее. Каждый раз Ингрид сердечно благодарила Альвгейра за подарки, но все равно упрямо облачалась в свой «боевой костюм» и отправлялась тревожить всю нежить и жить в округе долины.

Улучшив момент, Хэльвард бесшумно, словно кот, улизнул, оставив её в одиночестве слушать очередную нотацию магистра. Ингрид с завистью просверлила спину уходящего эльфа, но мужественно смолчала. Терпеть наставления магистра ей было не привыкать, хотя вовремя подставленное дружеское плечо Хэльварда не раз выручало девушку. Наконец Альвгейр перестал терзать свою переносицу, и будто намеренно дождавшись ухода Хэльварда, снова изучающе посмотрел на чародейку.

– Ну-ка, ну-ка, дай, я тебя хорошенько рассмотрю, – магистр аккуратным движением приподнял её лицо за подбородок, задумчиво похмыкал и покивал головой. Строгий и в то же время лучистый, полный мудрости и силы взгляд эльфа всегда вызывал у неё некое благоговение. В детстве Ингрид всегда сравнивала его глаза с топленным, тягучим, горьким шоколадом, который она очень любила.