Под кожей. Книга первая

– Значит, в этом смысл Охоты? Плодородные земли, много дичи, дожди? Происходит обмен? И как часто это должно происходить?

– По-моему, Альвгейр давал тебе книгу, где рассказывалось про Охоту и Ночь Исхода…

– Может давал, а может и нет.

Хэльвард фыркнул:

– Одного раза на пол сотни лет будет достаточно. Но мы говорили не об этом… Обмен, как ты его назвала, действительно произошёл, короля и его свиту проводили обратно в столицу, теперь настала пора отметить это событие простому народу долины.

– Ещё одна Ночь Исхода?! Нет уж, увольте.

Хэльвард улыбнулся:

– Я пытаюсь исправить твоё плохое впечатление о моем народе, будь добра, не мешай.

Туннель неожиданно закончился, сменившись большим пространством, которое то и дело пересекали длинные маленькие мостики до самой вершины. Ингрид это напомнило муравейник изнутри – повсюду сновали эльфы. Кто-то катил бочки, кто-то нёс сразу несколько подносов с угощениями на разных частях тела. Мимо них пробежала молодая светловолосая эльфийка с кувшином в руках, и увидев Хэльварда, смутилась и глупо хихикнула, чуть не пролив на него вино.

– Не благодари, – широко улыбнулась чародейка эльфке. Девушка разочаровано прикусила свою пухлую губу и была такова.

– Спасибо, – мужчина облегчённо вздохнул, на что Ингрид лишь выгнула бровь дугой.

Хэльвард закатил глаза:

– Часто встречала спотыкающихся эльфов?

– Никогда. Ну, до сегодняшнего момента.

– А я часто. И в основном, это женщины, – удручённо пробормотал эльф.

– Бедный-бедный Хэльвард, ты что, позвал меня, чтобы я защищала тебя от всех присутствующих женщин и их посягательств на твоё достоинство?!

Искреннее сочувствие в голосе Ингрид сменилось на откровенную издёвку, а глаза заискрились смехом. Оба спутника посмотрели на друг друга, и не удержавшись, рассмеялись.

Продолжая улыбаться, Хэльвард похлопал по спине застоявшегося Садора:

– Понимаешь, мне было бы сложно веселиться, зная, что ты одна чахнешь в замке от обиды и одиночества.

Ингрид, прищурившись, не удержалась и снова ткнула его локтем:

– Я люблю одиночество.

– Это ложь. Ты любишь моё общество, – льдисто-голубые глаза Хэльварда азартно полыхнули.

Ингрид аккуратно забрала поводья Садора из рук мужчины и посмотрела ему прямо в глаза.

– За неимением лучшего, к сожалению.

Хэльвард опасно сверкнул глазами, но оставил её ответ без внимания.

– Роскошные сапоги.