Под кожей. Книга первая

Она догадывалась, что дальше скажет чародей.

– Рано или поздно мы все умрём. Ты, – мужчина в запале бешенства ткнул в неё пальцем, –боишься не очередного пророчества, ты боишься узнать о своей смерти. Но ты забыла, что ты уже о ней знаешь. С самого своего рождения. Ты пришла в этот мир, чтобы умереть. Как и я, как и она, – кивнул головой Альвгейр на в стороне стоящую Кьяру. – Мы все пришли в этот мир, чтобы однажды умереть.

Ингрид вырвала свою дрожащую руку из хватки магистра.

– Это всё? Или добавишь ещё что-нибудь?

– Будешь теперь всю жизнь избегать прорицателей? Прятаться от них в кустах?

Чародейка звонко фыркнула, подбирая сумки с земли:

– К чёрту смерть! Меня достали твои секреты.

Тайны, тайны, тайны! Они повсюду, куда ни плюнь. Ответь мне, ты ведь знаешь, что со мной происходит, не так ли?

По тому как блеснули глаза Альвгейра, она поняла, что попала в яблочко. Он всё знал, как обычно.

Ингрид истерично расхохоталась, зажмурив глаза до боли.

– Чёртовы эльфы… Говоришь, я взрослая? – неожиданно закричала Ингрид прямо магистру в лицо.

– Так докажи это своим поведением! Относись ко мне подобающе. Неужели я не достойна правды? – её последние слова сорвались на шёпот, и Ингрид увидела проблеск боли и ответной ярости в его глазах.

Чародей в излюбленном жесте сжал переносицу, на секунду зажмурившись.

– У меня связаны руки, Ингрид. Кьяра поможет тебе разобраться с этим, – это всё, что он сказал ей, прежде чем растеряно кивнуть подошедшей к ним прорицательнице и исчезнуть с поляны.

Ингрид отупевшим взглядом уставилась в ту точку, где только что стоял её наставник – мужчина, который однажды заменил ей всех родных, стал ближе всех.

«Он бросил меня».

Это мысль проросла в её голове неожиданно и засела там так плотно, что ведьма ни о чём другом и думать не могла.

– Я уже и забыла, каково это, когда тебе двадцать, – ухмыльнулась рядом с ней Кьяра. –Гормоны, – произнесла она так, будто этого стоило бояться, как огня.

«Он действительно бросил меня».

– Ой, брось, детка, – женщина закатила глаза, взглянув на её лицо, – вы что, первый раз повздорили?

Ингрид продолжала упрямо молчать.

– Вот поэтому я живу одна, – пробубнила Кьяра, раздражённо хмурясь. – Бери сумки, пошли. К твоему счастью, Альвгейр отходчивый, помиритесь так же быстро, как успели поругаться.

***

Чуть позже Ингрид с нескрываемым восхищением оценила попытки Кьяры успокоить её после стычки с магистром, ведь для прорицательницы это было равносильно пламенному признанию любви.