Под кожей. Книга первая

Чародейка, разжав кулаки и глубоко вздохнув пару раз, спустилась.

«Только бы не сорваться, только бы не сорваться…»

– Куда-то собираешься? – невзначай поинтересовалась прорицательница, сосредоточено отмывая руки от грязи.

– Я хочу домой.

– Неужели? Я рассчитывала, что ты продержишься дольше. Охота снова прошла безрезультатно?

– Ты могла бы научить меня.

– Мы не договаривались с Альвгейром, что я буду учить тебя охотиться. Кстати о последнем, есть какие-нибудь вести от него?

Кьяра знала, куда ударить побольнее.

Всё это время Альвгейр молчал, ни разу не навестив её, ни разу не послав хотя бы вестника. Ингрид не могла пользоваться магией, но он-то мог, а сотворить для магистра волшебную птичку-послание, которое долетит почти до любой точки мира – сущий пустяк.

– Значит, вестей нет, – подытожила эльфка её упрямое молчание. Сегодня на ней было светлое длинное платье с длинными рукавами, поверх которого она накинула тёплую шаль. Погода разгулялась в последние три дня, за витражными окнами уже третий день бушевал штормовой ветер и лил сильный дождь, которые, к слову, совсем не делали легче жизнь Ингрид, но хотя бы соответствовали внутреннему состоянию чародейки.

– Нет, – дрогнувшим голосом подтвердила девушка.

– На твоих руках браслеты, телепортироваться ты не можешь, – констатировала очевидное Кьяра. – Что будешь делать?

– Попрошу тебя их снять, – терпеливо ответила Ингрид, впрочем, чувствуя, как начинают гореть щеки от гнева.

– Я не буду их снимать, чародейка. Не для того я их надевала на твои руки.

– Какая же из меня чародейка? Я теперь, скорее, служанка, – истерично хихикнула Ингрид, обречённо разглядывая свои расчёсанные до крови руки.

Кьяра внимательно посмотрела на неё:

– Как ты себя чувствуешь?

«Отвратительно».

– Жить можно, – выдавила из себя Ингрид. Прорицательница откровенно испытывала её терпение, каждый раз цепляя и задирая всё больнее и больнее, но Альвгейр научил Ингрид, что если зло даёт тебе пощёчину, то нужно подставить другую щеку для ещё одного удара.

Злом на зло не отвечают.

– Тебя лихорадит.

«Конечно меня лихорадит, идиотина. Я пол дня просидела в кустах под проливным дождём по твоему приказу».

Кьяра выгнула дугой бровь, и смерила её тяжёлым взглядом, будто прочитав все мысли на её лице. Хотя Ингрид и не очень-то старалась их скрыть.

– Я заварю тебе горячего чая, – примирительно сказала эльфка, – Иди переоденься в сухое и отогрейся у очага. Будем лечить твою лихорадку и повышенную раздражительность.