Ты будешь счастливой

Я же конюх.

-Я не пойду в дом. Там мама меня увидит, – запричитала Аглая

-Аглая, мама все равно узнает, а здесь рискованно оставаться для твоего здоровья и здоровья малыша.

Аглая смотрит на меня с широко раскрытыми глазами, в которых стоят слезы

-Пожалуйста, не надо. Я ребеночка в деревню отнесу, там его кто-нибудь да подберет. И мама ничего не узнает.

-Аглая! Ты с ума сошла! Это же твой, ваш ребенок. Неужели ты не хочешь видеть, как он будет расти, как скажет тебе мама, а тебе папа?

Аглая разревелась и ее накрыла очередная схватка.

-Я сама поговорю с твоей мамой, если хочешь. Все ей объясню.

-Она вас не послушает. Вы же рабыня

-Аглая, милая, пойдем в дом, пока у нас еще есть время. Неужели ты хочешь, чтобы твой ребенок родился здесь среди сена и навоза? – она отрицательно покачала головой, и мы помогли ей встать, чтобы отвести в дом.

Аглая опиралась на меня. Навстречу к нам шла Надежда. Я почувствовала, как напряглась Аглая, да еще и схватка началась. Надежда сразу все поняла. Она посмотрела в сторону конюха.

Она все поняла без слов. Полотенце, что висело на повязанном фартуке, оказалось в руках Надежды

-Ах, ты ж гаденыш! Охмурил девку! Ишь какой герой любовничек нашелся! Я тебе покажу, как девок соблазнять! – конюх рванул в сторону сараев, Надежда побежала за ним. А мы с Аглаей последовали к дому. На крик кухарки вышел граф Громов. Он нам помог добраться. Расположили мы Аглаю в комнате, где она жила с матерью

На крики Аглаи при очередной схватке выбежали Макс и Рита.

Я вручила Максу тазик, который принесла из кладовки с инвентарем, и попросила его принести в нем теплую воду. Риту попросила принести все необходимое.

Граф ушел, да и нечего ему было здесь делать.

Аглаю я уговорила походить по комнате. Так и процесс не будет затягиваться и легче переносить боль. Рита принесла все, что я ее просила, следом за ней вбежала Надежда.

-Не прикасайся к моей дочери! – заорала она на меня, -Я не позволю рабыне притрагиваться ко мне и к моим детям!

-Надежда, я помогу ей, - начала я спокойно ей объяснять, но она меня не слышала

-Без тебя обойдемся.

Сейчас повитуху вызовем из деревни

-Повитуха не успеет, Надежда, - пытаюсь достучаться до женщины

-Вон из комнаты! Я сказала убирайся! - у Надежды начинается истерика, -Убирайся вон! Убирайся! – Надежда кричала громче своей дочери.

Не знаю, что явилось спусковым механизмом, но я решаю не подчиняться поварихе. Беру кувшин с водой, и выливаю ей в лицо, чтобы она успокоилась.