Согреть ледяное сердце

Передадут в отделение социальной адаптации, и ты будешь свободен.

Рогов аж подскочил на месте от радости, но, вспомнив странный звонок, нахмурился. Займан это заметил.

- Ну что еще? Я думал, ты будешь рад.

- Я рад, но я же сообщал о звонке. Год ничего не происходило, а тут ее выпускают и начинают ею интересоваться. Не нравится мне это, очень не нравится.

- На комиссии будут следователи по ее делу, рассматривают дела сразу трех Белоснежек. Если тебя это тревожит, выскажешься там, но все же я буду рекомендовать отпустить Дмитриеву.

Пускай к ней кого-нибудь из черных приставят для слежки. Прошел год, девушке пора вливаться в общество без надзора.

- Она так и не нашла себе привязки, - снова нахмурился Рогов. – Даже в ее квартире, ты же видел отчеты, личных вещей минимум…

- Может, когда дашь ей доступ к ее же деньгам, она и заполнит дом побрякушками.

- Чтобы заполнять дом побрякушками, она должна на них хотя бы смотреть, а так ее только книги и интересовали. Да и то она просто пошла и записалась в библиотеку, когда поняла, что должна делать отчет о покупках.

- Я могу порекомендовать ей работу с психологом…

- Вот уж точно нет, с меня прошлого раза хватило. Забыл уже, как она цирк устраивала с выпрыгиванием из окна?

Семен засмеялся.

- Помню, помню. С ней после ни один из наших психологов работать не захотел. Пускай теперь черные стражи своих докторов подгонят. Посмотрим на их успехи, - Займан подмигнул своему другу.

- Ты серьёзно, - Рогов откинулся на спинку кресла, - её действительно заберут у нас?

- Да, - Займан нахмурился и сказал то, что не особо-то и хотел разглашать.

– За последнюю неделю еще трое из их компании замерли. У одного из них даже любимое дело было, но все равно застыл. Не ест, не пьет, сидит, просто уставившись в одну точку. У остальных тоже состояние не лучше, врачи говорят, что от силы недели две протянут.

- Уроды, — тихо выругался Рогов.

- Что? – оторопел Займан.

- Я говорю, что эти белые стражи просто уроды! И не говори мне заткнуться.

Я столько дерьма навидался по их вине. И сейчас понимаю, что замирают они не потому, что привязки на жизнь не нашли, а потому, что белые их выпили. Выпили под чистую. Даже Александра, колется, пыжится, но все равно она словно пустая внутри, словно никаких чувств не осталось, даже злости…

- Дмитриева – особая девушка, ты ведь знаешь, ее сестра с женихом погибли. Для Александры это был огромный удар.