Дыхание бури

Казалось, что, как всегда, в ситуации неопределённости, он переведёт всё сказанное в шутку, и мы весело посмеёмся над собой, но Алекс целую вечность смотрел в мои глаза, а затем абсолютно серьёзно произнёс:

— Аня, я прошу тебя стать моей женой по законам моего рода, пусть даже без родительского благословения.

Я не знала, что ответить. Он прекрасно понимал, что всё, чего я хочу — стать его женой. Но родителей обманывать не хотелось, я любила их и обещала быть благоразумной. Зачем же он ставил меня перед таким сложным выбором? Снова решив перевести всё в шутку, я ляпнула:

— Только не сегодня!

Но шутки не получилось, Алекс вдруг так сдавил кружку в ладони, что она буквально взорвалась в руке, и содержимое выплеснулось на него и залило весь стол, кровавыми каплями растекаясь по скатерти и стекая на пол, резко вскочил с места и бросился вон из дома.

Я понимала, что такими вещами не шутят, но что я могла ещё ответить? Молча пожала плечами и принялась убирать. Собрав грязную посуду в таз, залила её тёплой водой. Свернула скатерть, чтобы выстирать её позже. Кстати, пусть сам и стирает. И нечего ставить меня перед неудобным выбором! Принялась вытирать тряпкой пол, как вдруг дверь отворилась, и на пороге появилась Милада со словами.

— Ну, что тут у вас?

— У нас всё хорошо, — грустно проговорила я.

— А-а! — протянула Милада. — Странно, а чего же племянник вылетел из дома, будто ошпаренный?

— А у него спрашивать не пробовала? — хмуро буркнула.

— Да ты знаешь, не успела, — задумчиво глядя на меня, сказала женщина, но потом быстро перевела разговор в другое русло: — А ты, я гляжу, уже хозяйничаешь?

— Да, потихоньку, — согласилась я.

— Умница, девочка! Всё же мне помощь будет. Ну, ладно, пойду я, — сказала она. — А где отец-то мой, не ведаешь?

— Не знаю, вышел куда-то, — ответила я и вместе с ней вышла из дома с тазом, полным посуды, и спустилась по ступенькам крыльца. Милада отправилась домой, я же принялась мыть посуду, размышляя над поведением Алекса и надеясь, что он вот-вот появится, весёлый как и прежде, и мы забудем обеденный разговор.

Вымыв посуду и выполоскав её чистой водой, я вытерла каждую тарелку и ложку чистым полотенцем, а потом занесла всё в избу и расположила всё на своих местах. Алекс всё не появлялся, и, где он запропастился, я не могла даже предположить. Настроение моё окончательно испортилось, я хмурилась всё сильней. Войдя в дом, села у стола, чуть не плача, и думала, как мне поступить.