Дыхание бури

Размер всего каменного монстра приблизительно метров пятьдесят, если измерить от начала условной головы до кончика хвоста, и высотой метров десять. Вокруг камня метров на сто простиралась совершенно ровная земля, покрытая слоем мха. Ни камней поменьше, ни деревьев вокруг не наблюдалось. А на самом монстре не рос даже мох.

— Как интересно! — подражая его театральности, восхищённо воскликнула я. — Только непонятно, Горыныч — это от слова гора?

— Ну, всё тебе объясняй! Горыныч — это горючий или горящий, как тебе больше нравится.

Потрогай! — сказал он и положил ладонь на каменный бок чудовища.

— Ты меня разыгрываешь! — с улыбкой ответила я, но всё же дотронулась пальчиками до камня, но всё ещё не веря своим ощущениям погладила шероховатый чешуйчатый камень. Обычный камень, немного даже прохладный, видимо потому, что солнечные лучи не нагрели его северную сторону.

— Ну, что? — заинтересованно спросил парень.

— Камень, как камень. Ты меня разыграть хотел?

— Странно, — разочарованно протянул Алекс.

— Никто не чувствует исходящего от Горыныча тепла. Я думал, что ты точно почувствуешь.

— А Горынычем его не ты назвал? — улыбаясь спросила.

— Конечно, — прозвучал ответ. — Остальные зовут его камнем, но Горыныч живой, просто спит.

— Не-е-е-т! Помнится, кто-то меня называл фантазёркой! — смеясь, протянула я.

— Не веришь? — улыбнулся он.

— Тебе — верю. Поверю даже в любую несусветную чушь, звучащую с твоих уст. Ну а где же крылья? В сказке Горыныч мог летать.

— Он бескрылый.

— И по определению он не может быть тёплым, змеи все хладнокровные, — выдала информацию их школьного учебника.

— Как можно оставаться хладнокровным и одновременно дышать пламенем? — возмутился парень.

— Не знаю, а он огнедышащий? — уже откровенно потешалась я.

— Конечно! Он же Горыныч! — терпеливо, как маленькой девочке, повторил он.

— Ну, ладно, раз ты настаиваешь, — пролепетала я, сдерживая смех, и, не выдержав, расхохоталась в полный голос.

Он укоризненно смотрел на меня несколько секунд, потом сделал шаг ко мне и обнял за плечи.

Я прижалась к его груди, слушая мерное биение сердца. Подняв к нему лицо, заглянула в ясные очи и провалилась в их глубину. Осторожно прижав меня к прохладному боку каменного змея, и взяв моё лицо в руки, Алекс нежно поцеловал меня в губы, раскрывая их и углубляя поцелуй. Жар его тела с одной стороны и прохладная поверхность камня с другой будоражили во мне столько желаний.