Дыхание бури

Такой же истощённый и холодный. Слабое еле видимое дыхание. Одетый в спортивные штаны и футболку, но одежда никак не скрывала ужасной худобы.

Я села возле парня на диван и погладила любимого по тусклым волосам, наклонилась и прижалась губами к холодным губам. Никакого движения. Губы плотно сомкнуты. Глаза закрыты. Ничего.

Кира не дала тупо сидеть рядом с ним, а приступила к делу.

— Так, попробуем ему сейчас влить миллилитров десять, — деловито сказала она, и тут же принесла шприц и жгут, чтоб набрать моей крови, но когда увидела испуг на моём лице, добавила: — Не бойся! Мне это делать не впервой, хоть у меня и другая профессия.

Итак, набрав в шприц крови у меня из вены, Кира влила её прямо в вену Алекса, то есть формально мою кровь он не пил. Через некоторое время его дыхание выровнялось, но больше ничего не произошло. Мать, внимательно поглядев на меня, выдала вердикт:

— Видишь, всё как ты сказала. Твоя кровь это его лекарство! Нам нужно ещё. Давай сделаем переливание от тебя сразу к нему.

Сказано — сделано. Я на всё была готова, лишь бы помочь любимому. Мы принесли кресло, поставили возле дивана, разложили, и я легла. Расположилась выше Алекса. Кира, аккуратно воткнув иглу от капельницы в мою вену, другой конец капельницы провела к Алексу, и когда с противоположной стороны появилась кровь, проколола его вену и закрепила иглу лейкопластырем. Кровь свободно потекла по прозрачной трубочке, не забивая иглу. Я же была в восторге, что мы нашли, наконец, способ вылечить парня, а то, что ему могла помочь именно моя кровь, ведь любую чужую его организм отторгал, меня и вовсе вводило в состояние эйфории.

Я представляла себе, как он сейчас проснётся, как будет рад нашей встрече, и с моих губ не сходила счастливая улыбка.

Лёжа на кресле немного повернув голову в сторону парня, я могла наблюдать за тем, как моя кровь влияла на него. В то, что с ним происходило, невозможно было бы поверить, если бы я не видела всё собственными глазами. Медленно немного порозовело его лицо, затем волосы приобрели былую яркость и снова засияли, как вороново оперение.

Через минуту пропали глубокие тени под глазами и задрожали его ресницы. Парень пошевелился и что-то пробормотал.

— Он приходит в себя. Отключай, — прошептала я, но Кира была другого мнения.

— Ещё немного. Потерпи! — приказным тоном ответила она. Я внимательно посмотрела на неё. Сияющее от радости лицо, горящие азартом глаза. Никогда не видела её такой.