Обраслечена поневоле, или Чешуйчатая подстава. Том 1

Очень даже хороший, с редкими цветами и растениями, но…

Хлопнула створка окна на втором этаже, и в кусты рядом со мной что-то упало. Я подняла голову, пытаясь рассмотреть человека, но выхватила только широкоплечую фигуру в окружении тьмы. Я не видела лица, но взгляд меня как будто заклеймил. Хотя нет, более подходящее сравнение – отходил лопатой по затылку. В голове загудело, виски опасно стянуло знакомой болью.

С громким хлопком включились световые пушки, и я уткнулась носом в землю.

− Помоги мне, − прошептал кто-то.

Я осмотрелась, но владельца голоса не обнаружила. Мне бы кто помог!

− Мужчина! Аура не читается! – прокричали вдалеке, и там же раздался утробный вой потусторонних псов. Они точно из Нижнего мира!

Одно хорошо, ищут и правда не меня. Отсижусь тихонько да и убегу, когда все уляжется.

− Спаси меня! – снова прошептали кусты. И так жалобно, что у меня в душе человечность проснулась. Нечасто она в последнее время просыпается, но вот в данный неподходящий момент возьми да и…

Ой, все.

Ползу я, ползу спасать тебя, кем бы ты ни было.

Неведомое нечто продолжало жалобно пищать, рискуя нас выдать. Активно работая коленями, я поползла на звук, чувствуя непреодолимое, не поддающееся логике желание стать героиней вечера. Виски невыносимо ломило, словно я пыталась применить дар, но я его не применяла. Да и к кому? К кусту, что ли?

− Где ты? – прошептала, пытаясь отыскать девицу в беде. Во всяком роде шепот женский.

− Здесь, ближе, еще ближе, − всхлипывала несчастная.

− Да тише ты, нас найдут!

Доползла до следующего куста и наткнулась на изящный браслет. Не он ли выпал из окна? Задрала голову, но створки были наглухо закрыты, да и мужик оттуда давно смылся. Шутка ли, когда за тобой гонятся псы из Нижнего мира. Такие по ауре вычисляют на раз. Стоит им учуять добычу, и можно прицениваться к местам на кладбище. Хотя вряд ли будет для этого время, да и места сегодня стоят как хорошенький дом на окраине столицы. Но, если труп не слишком притязательный, за бесценок могут прикопать в одном месте с каким-нибудь выпивохой или лиходеем.

Все знают, в могиле Сворена Храброго, известного в квартале прокаженных пройдохи и разбойника, покоится тридцать пять его подельников, двенадцать любовниц, три бродяги и ни одного Сворена Храброго. Собственно, последний (по непроверенной информации) все еще серый кардинал наших мест, жив-здоров и даже не кашляет.

− Спаси! – рявкнул браслет. И правда, что-то я не о том задумалась.