Обраслечена поневоле, или Чешуйчатая подстава. Том 1

– Мне больно, отпусти!

Дернулась, но мою руку держали крепко. Распахнула глаза и заметила нависших надо мной Грыхарда и кого-то удивительно похожего на кандидата в императорские гончие. Как показывает опыт, если чья-то морда похожа на морду гончего, то, скорее всего, ему она и принадлежит.

− По какому праву вы ворвались в мою комнату?! – взвизгнула и, пользуясь замешательством мужчин, спрятала драгоценную во всех смыслах конечность за спину.

− Ничего личного, Эйри. Ты же знаешь правило: кто платит золотом, тот и папа.

О, этот вечный папа! Папа тот, у кого золото и кто способен оторвать тебе руки и засунуть в места, о которых приличные леди говорят шепотом и только в уборной.

− Давно ли я перестала быть папой, Грых?

Тролль виновато потупил взгляд, потоптался на месте и вздохнул. Для полноты картины не хватало затылок почесать, но с этим и так все ясно. Обратила внимание на гончего. Согласна, этот меня явно перепапил.

− Что здесь происходит? Как представитель закона вы обязаны…

Мужчина усмехнулся и перебил:

− Кто сказал, что я здесь как представитель закона?

− На вас форма! – повысила голос, взывая к, прости Исконная магия, совести, ответственности, служебному долгу, наконец, этого альтернативно одаренного индивидуума.

Провела взглядом по черному камзолу с ярко-красными эполетами и золотой нашивкой службы императорских гончих. Один из тридцати. Точнее, двадцати восьми, потому что Персли и Кейлара я знаю, а этого, увы, нет.

− Раздеться? – мазнув по мне масленым взглядом, спросил блондин.

Обворожительно улыбнулась. Подалась вперед, мягко касаясь ладонями поросшего щетиной подбородка.

− Грых, выйди, дорогой, − проворковала, не отрывая взгляда от голубых глаз императорского гончего. Он млел от моих поглаживаний, попавшись на первый крючок ментального воздействия.

− Эйри… − по-отечески предупредил тролль.

Да знаю я, знаю. За ментальное воздействие на императорского гончего мне могут голову отрезать. Но, если я не сбегу, мне отрежут руку, и тогда я стану инвалидом! Это в лучшем случае!

Мысль о том, что рука – это меньше, чем голова, и без руки можно и прожить, пришла слишком поздно.

− Имя.

− Айтон Тарментон.

Сын Великого князя Герберта Тарментона. Давнего недруга отца. Не знаю почему, но я по-прежнему взвешивала возможные последствия своих поступков для родителей.