Обраслечена поневоле, или Чешуйчатая подстава. Том 1

Папа бы мной гордился (нет)!

Как-то до этого мне не приходила мысль, что Рейну вовсе не нужна живая я. Отказывается отрезать руку? Ерунда. Браслет можно снять и с трупа. Наверное, что-то такое отразилось у меня на лице, поэтому он заверил:

− С тобой ничего не случится.

− М-гм.

Преждевременная седина и инфаркт в расчет не принимаются?

− С тобой. Ничего. Не случится, − твердо повторил он, и страх отступил.

Не знаю, что за магия такая, но я смотрела в карие глаза Рейна, восседавшего в чаше другой лапы, и в меня словно вливалось его спокойствие.

И почти влилось, но птица издала очередной протяжный вой и опустила наши кресла, то есть свои лапы.

− Рейн, чтоб тебе всю жизнь икалось! Не мог привязать меня за живот? – выругалась, снова очутившись вниз головой.

− Тогда бы ты сломала хребет или ребра, − донеслось откуда-то сверху.

Очаровательно! Заботливый какой… ой-ой-ой-уй!!!

Я едва успела выставить ментальный щит, когда перед лицом нарисовались острые скалы. Птица не рассчитывала оставлять нас в живых и всеми силами старалась сбросить нежеланных попутчиков до приземления.

Жених держался крепко и не сбрасывался, заодно успевая подтянуть меня, чтобы не испортить экстерьер невесты. Поговаривают, встреча с камнями портит цвет и состояние лица…

Приземление оказалось, мягко говоря, не мягким. Меня поймали, но бутерброд из платья, веревки и твердого Рейнхарта прокатился по каменному полу пещеры и ударился в стену.

− Я начинаю догадываться, почему у тебя так много врагов! – прошипела, когда все стихло.

Убрать платье с лица сначала показалось отличной идеей, но когда юбки вернулись туда, где им положено быть, я поняла причину тишины. Нас обнаружили. Гром-птицы, я насчитала семь особей, и только в зоне видимости, гордо выпятив грудь, сидели рядком напротив нас в огромных размеров пещере. Освещения не было, но с металлическим отливом перья сверкали так, что света и не требовалось.

− Нас сейчас убивать будут? – пискнула, нащупывая рукой ладонь Рейнхарта. Не то чтобы я воспылала к нему большой любовью, но в такой момент не хочется чувствовать себя одинокой.

− Посмотри на меня.

А мне только на птиц смотрелось. И самая главная, на которой мы сюда прилетели, возглавляла стаю и пожирала меня с особым гастрономическим любопытством.

− Посмотри.

Насилу повернула голову и громко сглотнула. Рейнхарт неожиданно улыбнулся и подмигнул мне.

− Все под контролем.

− Ты психопат, − прошептала в ужасе. – Совершенно точно. У тебя с головой не все в порядке.