Как (не) вляпаться в любовь

Трусливые мыслишки прыгали как блохи и трепетали заячьими хвостиками: “Как бы их скорее помирить и выпроводить?” Успокаивало только одно: если не сожрала сразу, значит цивилизована. А девушка продолжила:

— Видов оборотней очень много. Самые многочисленные — волки, все виды кошачьих, медведи, лисы, птицы, а потом уже идут редкие. Мы одни из них. И бояться нас не надо. Мы не едим сырое мясо, тем более не едим живых существ, и вообще предпочитаем фрукты и овощи, — от такой откровенности почувствовала огромное облегчение и чуть не выдохнула с чувством, но постеснялась.

— Спасибо, что хотя бы сейчас объяснила. Ты ведь видела, что я боюсь? — девчонка нахально сверкнув глазами, ехидно улыбнулась.

Вот же ребёнок, спасибо хоть язык не показала. Но меня волновал и первый вопрос, что у них происходит? Поэтому приступила ко второй части Марлезонского балета.

— Шахира, скажи, почему ты до сих пор не помирилась с Ашараитом? Вы ведь любите друг друга, все видят как вы смотрите один на другого. Так в чем же дело? Он же умереть не испугался, проходя по испорченному порталу, чтобы тебя найти.

Я же только и вижу как он увивается за тобой... — в прямом смысле этого слова, вспомнились змеиные хвосты свивающиеся вместе, и по телу пробежала неконтролируемая дрожь. — Так в чем проблема? Почему ты до сих пор не дала ему шанса?

Девчонка внимательно слушала мою тираду, но под конец покраснела, отвела глаза и нервно затеребила материю платья. Я терпеливо ждала, ну не может она промолчать.

Если уж не ответит прямо, так вежливо пошлёт меня. Даже хмыкнула от таких мыслей. И никак не ожидала, что у неё затрясутся губы и из очаровательных глаз покатятся огромные жемчужины слез. Охнув, я прижала её голову к своей груди и попыталась успокоить. Он, что, опять её чем-то расстроил? Желание убить Ашараита спорило с желанием разобраться.

— Я не знаю, я его очень, очень люблю. Но боюсь поверить, а вдруг это уловка и всё ложь?

Господи, оказывается я такая кровожадная! Мысленно представила картинку как медленно и со вкусом нашинковываю как колбасу разлучницу и то, что она тоже змея, только добавляло удовольствия.

Ну надо же такую подлость сотворить с несчастным ребёнком. Гладя её по голове и понимая, что слезы я не остановлю, попыталась узнать хоть что-то.

— Так вы разговаривали об этом? Что он говорит? — хлюпая носом она начала сбивчиво отвечать.

По мере своего рассказа она все сильнее и сильнее плакала, пока не разрыдалась в голос.