Любви моей волшебство

— Лавиния — сестра твоей мамы? — поразилась я.

— Младшая. Видишь ли, Эва, — присаживаясь на кровать, пояснил Датерей, — на свете есть одна-единственная фея, которой подчиняется этот фолиант — верховная. И именно она решает, какие знания феям необходимы, чем стоит делиться… Понимаешь, о чем я?

— Датерей, ты же не хочешь сказать… — начал Рей и как-то с сомнением посмотрел на него, а потом перевел взгляд на фолиант.

— Эва теперь верховная фея. И как мы этого еще вчера не поняли? Да всей силы эльфов не хватило бы, чтобы уничтожить древний храм тьмы, сосредоточие страшной силы!

Видимо, мои глаза стали совсем удивленными, потому что Гилл поерзал и весело хмыкнул, а Рей озадаченно почесал макушку.

— И что теперь делать? — поинтересовалась я.

— Тебе-то? Умываться, одеваться, завтракать…

— Датерей! — возмутилась я.

— Ривлад пока расскажет, что произошло.

Я покосилась на своего дракона. Он ласково поцеловал меня в плечо, поднялся и подхватил на руки. Слуги как раз принесли в смежную комнату горячую воду для умывания и сообщили, что завтрак будет готов через четверть часа.

Пока я приводила себя в порядок и одевалась, мысленно радуясь, что Ривлад каким-то образом добыл мне подходящую одежду и обувь — брюки, рубашку и ботинки на шнуровке, дракон успел рассказать о произошедшем всем остальным.

Я зашла в тот момент, когда его рука лежала на плече Датерея, и Ривлад мягко и сочувствующе что-то говорил. Мои глаза встретились с взглядом владыки эльфов. Тоска и боль отразилась в них лишь на мгновение, а потом Датерей взял себя в руки, становясь уверенным и спокойным.

— Мне очень жаль, — тихо сказала я, подходя ближе.

— Признаться, не ожидал подобного от матери, — устало заметил владыка эльфов. — Знал, что она очень хочет покинуть мир, где находятся феи, но не думал… Заключить сделку с демоном! И как я проглядел…

— Не вини себя, — не выдержал Ривлад.

— Да если бы я мог…

— Когда Торнах на балу метнул мне в спину нож, он был моим лучшим другом, Датерей. И когда я попал в пещеру, мне понадобилось безумно много времени, чтобы снять с себя этот груз неоправданной вины и предательства.

Я ошарашено уставилась на Ривлада.

— Да ты же ни в чем перед ним не был виноват!

— Когда предают, всегда остается надежда, мой свет, — тихо ответил он. — Ты думаешь, будто в чем-то был не прав, оступился, хочешь это исправить… И не сразу понимаешь, что дело не в тебе.

Я кивнула, вспомнив, как мы с Ривладом применили заклинание света, чтобы запереть Азара в башне.