Двойная месть, или Как стать котом

Вот только едва она заговорила снова, парень с ужасом понял, что именно на него надели.

- Астуро… - только и успела сказать девушка. Закончить фразу ей Кейн уже не дал, закрыв рот ладонью. И сам закончил:

- Дарк!

Его мать владела ведьмовским даром, да ещё и увлекалась древними книгами. И уж кому, как ни Кейнару было знать, какими именно словами активировались самые сложные и древние заклятия. Только сейчас он сообразил, что этим кулоном из него пытались сделать послушного раба. Именно фразой «Астуро девего ситас» активировались такие привязки.

Вот только он не дал ей сказать. Перебил. Ляпнул первое, что вспомнил на древнем языке. «Дарк». Ночь.

Увы, кулон принял и такую формулировку. Первые два удара сердца ничего не происходило, а потом…

Глава 14. Котик

Перед глазами у Кейна помутилось. Он отпустил девушку, которая тут же поспешила отпрыгнуть подальше. Но ему уже было не до неё. Он чувствовал, что с ним твориться что-то жуткое. Странное. И страшное.

Первым изменилось зрение, оно будто стало ярче, чётче, и в нём проявилась каждая их магических силовых линий.

Он увидел, как всё пространство заполняют разноцветные потоки энергии. Зрелище было таким поразительным, что парень даже засмотрелся. И не сразу понял, почему окружающие предметы вдруг выросли. Или это, наоборот, он стал меньше? Посмотрел на застывшую с широко распахнутыми глазами ведьму, и хотел высказать её всё… открыл рот. Но вместо слов услышал рык.

- Хороший котик, - проговорила блондинка, медленно пятясь к двери, прихватив с собой только пальто.

– Милый котик.

Она попыталась скрыться, но Кейн помчался за ней к ней. Догнал за мгновение ‒ как-то странно, всего в один прыжок. И вцепился в её руку, но не руками, а… лапами? Да, он буквально повис на ведьме, впиваясь в молочную кожу большими острыми когтями.

Ведьма уже просто орала. Пыталась отшвырнуть обидчика, но тот сам не понимал, как бы её отпустить. В итоге ей всё же удалось освободиться, да и Кейн уже больше не сопротивлялся. Даже не стал преследовать эту крикливую, когда она скрылась за дверью.

Вместо этого сел и попытался рассмотреть себя.

Глаза видели шерсть, лапы, длинные усы.

Боги! Во что его превратили? В тигра?

Но зеркало, к которому поспешил парень, ответило иное. Он стал большим котом. Рыжим. Пятнистым. Да ещё и с рысьими кисточками на ушах. Попытался выругаться, но получился только кошачий вой, смешанный с рыком. Тогда-то Кейн осознал, что даже говорить теперь не в состоянии.